Книга Спасти 6-го, страница 6 – Хлоя Уолш

— Хм… – Уголки ее губ поползли вверх. – Ну и как зовут вольную птицу?

— А какая разница? – Под натиском самоуверенности красотки я малость затупил и сейчас взялся отвоевывать утраченные позиции. – Все равно к вечеру я стану для тебя пупсиком.

Блондинка облизнула губы в попытке подавить улыбку.

— Даже так?

Я подошел к ней вплотную:

— Не сомневайся, куколка.

На сей раз она не выдержала и улыбнулась. Зрелище, надо признать, отпадное.

— Умеешь ты подкатить!

— А то, – ухмыльнулся я.

— Ифа, – со смехом представилась блондинка и протянула мне руку.

— Джоуи. – Ее изящная ладошка утонула в моей пятерне.

— Джоуи, – повторила Ифа и склонила голову набок, изучая меня без тени смущения. – Красивое имя, тебе подходит.

— Аналогично, – откликнулся я. – Ифа ведь значит «прекрасная, ослепительная»?

Мой спич произвел на нее впечатление.

— А ты шаришь в ирландском!

Шарю, да не особо. Просто в начальной школе у меня была одноклассница Ифа, которая на всех углах зудела о том, что ее назвали в честь ирландской королевы-воительницы, по красоте не уступавшей Елене Троянской.

Но нынешней Ифе такие нюансы знать совсем не обязательно.

Иначе чем сразить ее наповал?

— В какой класс тебя распределили? – Она достала из кармана короткой клетчатой юбочки сложенное расписание. – Меня в 1С.

Черт, если бы я знал.

Я разгладил собственный мятый листок и чуть не обделался от счастья, увидев: «1С».

— Прикинь, у меня то же самое.

Значит, мы в одном классе.

Грандиозно.

В кои-то веки мне проперло.

— Очевидно, талантами мы оба не блещем, – усмехнулась она. – Мой братец попал в 1А, для умников.

— Вы с ним двойняшки?

Она кивнула:

— В наказание за мои грехи.

— Выходит, мы третьи по сообразительности?

— Или по тупизне, – расхохоталась она. – Как посмотреть.

— Почему сразу по тупизне? Сколько у первогодков классов?

— Четыре.

— Да уж, – прыснул я. – Интеллектом мы явно не блещем.

— Ни разу, – согласилась она. – Ты из какой началки?

— «Святое сердце». А ты?

— «Святая Бернадетт», – поморщилась она. – Ну, знаешь…

— Наслышан. Приходская школа-интернат для девочек на выселках, где заправляют монахини. – Я сочувственно подмигнул. – Не повезло тебе.

— Не то слово. Восемь лет в компании монашек. Оценил мой сверкающий нимб?

— Ослепнуть можно, так блестит.

— Как сказала сестра Альфонса, мне нужно учиться только с девочками. Видишь ли, у меня маловато смирения, зато неистребимой тяги к мужскому полу в избытке. – Она коварно улыбнулась и закатила глаза. – А все потому, что я назвала актера, играющего Иисуса в фильме, который нам показали, красавчиком.

Мои брови поползли вверх.

— Красавчиком? Серьезно?

— А почему нет? Он реально хорош.

— Тебе бы поменьше молиться на коленях и побольше…

— Не смей! – Ифа зажала мне рот ладонью.

— Побольше общаться с противоположным полом, – прыснул я, убирая ее руку со своих губ.

— С противоположным полом в целом или с тобой в частности? – засмеялась Ифа, а в следующий миг наши пальцы сами собой переплелись. – Должна сказать, мне очень по вкусу экземпляр прямо передо мной.

— Намекаешь, что у тебя нет парня?

— Нет, намекаю, что он появится, стоит тебе попросить.

— Обалдеть! – выпалил я. – Ты всегда такая откровенная?

Она подмигнула и протянула мне свой розовый рюкзак.

— А иначе в чем прикол?