Книга Развод. Слишком больно чтобы забыть, страница 23 – Ольга Лукьянова

— Егор, привет. Не поверишь, кого я сегодня в детском магазине видел.

— Кого?

— Твою бывшую.

— И что? — бросаю, стараясь делать вид, что мне эта новость безразлична.

Вот только это совсем не так.

— Она покупала детские вещи, — продолжает приятель.

— Ну покапала и покупала, что с того? Может быть, у неё на работе коллега родила, и Настя решила сделать подарок.

— Не уверен, дружище… — голос приятеля меня настораживает. — Она покупала эти вещи для себя. Егор… твоя бывшая жена… беременна.

У меня чуть телефон не падает из рук. Замираю, забыв, как дышать. Упираю взгляд в стену, чувствуя, как холод пронзает позвоночник.

— Как? — выдавливаю из себя хрип. — С чего ты… Как понял?

— Сложно не догадаться, Егор. У Насти живот размером с баскетбольный мяч. Месяц восьмой-девятый, не меньше. У моей жены перед самыми родами такой же был.

Что? Насте скоро рожать?

Заставляю себя сфокусироваться, быстро считаю дни, месяцы после развода, и с болью осознаю, что когда мы разошлись, она уже была беременна.

Она меня обманула.

Скрыла, что носит под сердцем моего наследника.

Отомстила, и эта месть оказалась для меня самой страшной. Я так хотел сына, мечтал о ребёнке, и вот, когда судьба нам с женой улыбнулась, Настя скрыла от меня самую главную новость.

Отбиваю звонок, медленно провожу рукой по лицу в надежде стереть этот шок.

— Егорушка, что случилось?.. — лебезит Николь и подбегает ко мне, обнимая и целуя в щёку. — Ты так изменился в лице, любимый! Ты меня так напугал! Так напугал!

— Настя ждёт ребёнка, — выдаю ошеломлённо, всё ещё не веря.

Николь шарахается от меня, как чёрт от ладана, и я еле стою на ногах.

— Ну и ладно… — щебечет боязливо. — Она свободная женщина, закрутила с кем-то роман, и пусть.

— Это мой ребёнок. Она забеременела, когда мы были в браке.

— Она тебе изменила! — резко выпаливает любовница. — Точно-точно! Тебя часто не было дома, вот она и сходила налево! А, знаешь, правильно ты сделал, что оставил её ни с чем! Только так и нужно поступать с такой шлюхой, как Настя!

Ярость захлёстывает меня с головой. Я теряю контроль. Заношу руку и сильной пощёчиной сбиваю эту болонку с ног.

— Не смей так её называть! — цежу сквозь зубы. — Настя не шлюха. И никогда ею не была.

Как гром среди ясного неба меня пронзает озарение: я никогда не сомневался в любви и верности Насти. Знал, что она — единственная, кто никогда меня не предаст.

Я это знал… принимал, как должное…

Знал и не ценил.

И даже сейчас, услышав о её беременности, я ни капли не сомневаюсь, что малыш от меня.

Потеряв Настю, я теряю и ребёнка. Нет… Не могу… Я не должен этого допустить.

— Николь, собирай свои вещи и проваливай из моего дома.

— Егорушка, котик, ты что? — пищит силиконовая кукла.

Смерив её взглядом, вытягиваю руку и пальцем указываю на дверь.

— Вон, — издаю низкий гортанный звук, насквозь пропитанный болью. — Пошла вон!!!

Дежавю. Жестокий повтор дурного сценария.

Когда-то в этом же доме я дал пощёчину Насте, стоило ей повысить на меня голос и попытаться выгнать Николь.

Я это сделал на эмоциях, а после, на тех же эмоциях, согласился на коварный план любовницы — подставить Настю и обвинить её в нападении.

Побои Николь нанесла сама себе, я был так зол, что пошёл на жестокость и, что уж скрывать, откровенную подлость.