Книга Измена. Ты (не) узнаешь о нас, страница 89 – Наталья Ван

— Как думаешь? Может, мне уже пора ей рассказать? — кладу свои ладони поверх него.

— Давно пора, Оль. Она будет счастлива.

— Ты прав.

Покидаю уборную и выхожу в сад. Свежий воздух окончательно приводит меня в чувство. Становится немного легче. Делаю глубокий вдох и подхожу к счастливой Марусе.

— Мам, смотри какой он классный! — лохматая сосиска на поводке крутится вокруг Маруси.

— Очень. Главное, не забывай, что это хищник и с ним надо быть аккуратней.

— Да, папа сказал, что если я буду его обижать, то он может даже палец мне откусить.

— Именно так. Марусь, я хочу тебе кое-что сказать, — неуверенно касаюсь ее ручки. Вадим садится рядом с нами в знак поддержки. Это было мое решение немного подождать, но тянуть больше некуда. Живот становится все больше.

— Что у меня будет братик или сестренка? — огорошивает меня она, и я впадаю в легкий ступор.

— Откуда ты…

— Я видела, как ты переодевала свое платье на прошлой неделе. У тебя вырос большой живот, но ты кушаешь мало. Значит, там живет лялька.

— Тебе не кажется, что ты слишком сообразительная для своих лет?

— Папа говорит, что я будущий вункандардикин, — с трудом произносит она.

— Вундеркинд, — смеется Вадим, взлохмачивая ее волосы.

— Вот да. А кто у меня будет? Братик или сестренка?

— Один братик, а вот второй пока прячется, — улыбаюсь я.

— Их там двое, что ли? — округляет она свои глазки.

— Ага, прикинь, у тебя будет сразу двое, — заговорчески шепчет Вадим. — Это ж как в рулетку выиграть.

— В рулетку? Там детей дают что ли?

— Нет, там никого не дают. Не слушай папу.

— А им там не тесно, вдвоем? — она протягивает руку, поглаживая мой живот. — Кажется, они бы туда не влезли.

— Вот родятся и увидишь.

— Я хочу, чтобы второй была сестренка. Одного брата будет вполне достаточно.

— Тут я с тобой согласна. Эти мальчишки жуть какие непослушные! — шепчу я, и мы вместе начинаем смеяться.

— Ну вот, вы опять за свое. Алексей Андреевич, ну хоть вы мне помогите, — тянет Вадим, заваливаясь на зеленую траву.

Наслаждаюсь этими теплыми семейными мгновениями, но тревога в душе с каждым днем становится только сильнее.

Вадим

С каждым днем смотреть на Олю становится всё сложнее. Я вижу, как она угасает, и меня раздирает чувство вины.

Если б я раньше узнал обо всём. Если б…

— Блядь! — с силой бью по рулю, стоя в гигантской пробке.

Сраный трафик. Вечные пробки доконали уже.

— Нажми на газ! Зеленый! — выкрикивают в открытое окно. Нервы на пределе.

Еще полчаса и я буду на месте. Беспомощность. Вот что сидит внутри меня и выворачивает душу наизнанку.

Добираюсь до пункта назначения и без стука врываюсь в кабинет.

Две пары глаз утыкаются на меня. Женские испуганно прикрывают грудь руками, а вот мужские, кажется, даже не удивлены моему визиту.

— Одевайтесь и подождите меня в коридоре, — бросает мужчина, занимая место за столом.

Падаю рядом с ним на стул. Женщина, раскрасневшись, выскакивает из кабинета.

— Даже не удивлён. Кроме тебя, никто так не вламывается, — Миша снимает перчатки, отправляя их в мусорное ведро.

— Скажи спасибо, что засунул тебя в лучшую клинику столицы.

— Спасибо, но я мог бы стать заведующим в лучшей клинике Питера. Ещё аргументы будут?

— Ты сам выбрал это.

— Насколько я помню, меня вообще никто не спрашивал. Оля настояла на том, чтобы я был её врачом.