Книга Влюблен (не) по собственному желанию, страница 46 – Татьяна Любимая

— Через… — подсчитываю дни до юбилея деда, — шесть дней.

— Так долго? — расстроилась красавица.

— Раньше никак. Но, — поднимаю палец вверх, — эти шесть дней ты разрешаешь за собой ухаживать как за моей невестой. Парень тот… в которого ты влюблена, почему тебя раньше не замечал?

— Почему? — собирает брови — дуги к переносице.

— Потому что ты неприметной была. Не цепляла его. А я сделаю так, что он обратит на тебя внимание. И будет бороться за тебя. Мужчинам, знаешь ли, нужны соперники. Им нужно завоевывать недоступную женщину. Или…

— Или?

— Или чужую. Справимся без всякого приворотного зелья. А если не получится, то через шесть дней я сам лично на коленях буду умолять Марьяну дать тебе новую порцию для Арсения.

По глазам вижу — идея моя Настеньке заходит.

— Ну… я не знаю… — несмело улыбается, — мне надо подумать… А что я должна делать?

— Ничего сложного и невозможного от тебя не требуется. Главное — ничему не удивляться. Принимать от меня подарки. И вести себя как моя невеста. Настоящая невеста и любимая женщина.

— Спать с тобой я не буду! — заявляет категорично.

Жаль. Очень жаль.

— Но целоваться надо. Для правдоподобности. Обниматься нужно. И обязательно смотреть друг на друга влюбленными глазами.

— С последним тебе даже притворяться не надо, — прищурилась моя гостья. В чудных зеленых глазках мелькнули хитрые искорки.

— Каюсь, — смиренно наклоняю голову. — Врать не буду. Запала ты мне в душу, Настенька, — прикладываю обе руки к груди, показывая искренность своих слов. — И предложение мое в силе. А пока…

Встаю из — за стола, иду к полочке, беру бархатную коробочку, возвращаюсь.

— Так как тебе отведена важная роль моей невесты, прошу надеть кольцо. Надеюсь, с размером угадал.

Открываю коробочку.

— О — о, — восхищенно открывает ротик. — Это же…

— Изумруд. Подбирал сам лично под цвет твоих глаз. Говорят, этот камень — амулет вечной молодости.

— Нет, Костя. Нет — нет — нет! — испуганно замахала Настя руками, — я не могу принять его. Оно слишком дорогое.

— Первое правило — подарки принимать, помнишь? Мы обговаривали это две минуты назад. Надевай!

Осторожно вынимает из подложки. Надевает на безымянный палец. Отставив руку в сторону, любуется игрой света. Блеск камня красиво отражается в зеленых глазах.

— Оно прекрасное! — восторженно выдыхает.

— Как и ты…

Смущаясь, прикусывает нижнюю губу.

— Я его верну! — со стоном прижимает руку с кольцом к груди. И глазки честные — честные. — Через шесть дней обязательно!

— Настя! — из последних сил стараюсь не зарычать. — Это — подарок! Все подарки останутся у тебя. Считай, это компенсация за неделю притворства.

— Хорошо… — с трудом соглашается.

— Я заслужил поцелуй? — двигаю девчонку к себе вместе со стулом.

— В щечку… ладно? — охнув от неожиданности, упирается ладонями мне в грудь, притормаживая.

Подставляю щеку. И в момент, когда ее губы почти касаются моей кожи, впечатываюсь своими губами в ее рот. Обхватив затылок, не даю отстраниться. Смакую прелестные губы, упиваюсь их вкусом.

Настена мычит и машет руками.

А у меня рвет крышу от этой девчонки.

Осторожнее с напором, Константин! Нельзя давить на девочку! В прошлый раз подобная выходка обошлась тебе пощечиной.

Нехотя отлепляюсь.

— Прости, не удержался, — прижимаюсь лбом к ее лбу. Дыхание сбито, в груди барабанный бой, в штанах бунт, но радуюсь своему хулиганству, как пацан.