Книга Не твоя игрушка, страница 59 – Лера Титова

В итоге я просто остановился на набережной. Вышел. Сел на парапет. Смотрел на воду.

Я думал о ней. О том, как она улыбалась ему на холме. Как танцевала с ним. Как смотрела на него сегодня — с любовью. Я проиграл. Не в драке. Не в бизнесе. В главном. В войне за неё.

И знаете что? Впервые за долгое время я почувствовал что-то похожее на покой. Потому что война закончилась. Я сделал всё, что мог. Она выбрала не меня. Это больно. Но это правда. А правда — это всё, что у нас есть.

Я завёл мотор. Поехал домой. Один.

Я вернулся из зала в девятом часу.

Тренировка была хорошей — Игнат гонял меня до седьмого пота, заставляя отрабатывать серии на скорость. Я вымотался физически, но голова наконец прояснилась. В последние дни я был слишком счастлив. Это пугало. Я не привык к счастью. Привык к борьбе, к преодолению, к боли. А тут — тишина, покой, она. И это было непривычно.

Я поднялся в пентхаус. Открыл дверь. Ася сидела на диване с книгой. В домашних штанах, в моей старой футболке, которую она стащила из шкафа. Волосы собраны в пучок. Никакого макияжа. Моя. Домашняя. Настоящая.

— Привет, — сказал я, наклоняясь поцеловать её.

— Привет. Как тренировка?

— Хорошо. Игнат сказал, что я стал мягче.

— Он прав?

— Возможно.

Она улыбнулась. Но что-то в её улыбке было не так. Слишком быстрая. Слишком натянутая. Я слишком хорошо её знал, чтобы не заметить.

— Что-то случилось?

— Нет.

— Ася.

Она отложила книгу. Вздохнула.

— Макс приходил.

Я замер. Внутри что-то оборвалось. Не гнев — ещё нет. Что-то другое. Инстинкт. Тёмный, древний, собственнический.

— Когда?

— Час назад. Ты был в зале.

— Что он хотел?

— Попрощаться. Сказал, что любит меня. Что изменится. Просил дать ему шанс.

Я сжал кулаки. Медленно. Стараясь контролировать дыхание. Игнат сказал, что я стал мягче. Возможно. Но сейчас я чувствовал, как старый Воронов — тот, который крушил стены и разбивал лица, — рвётся наружу.

— И что ты ответила?

— Что люблю тебя. Что моё сердце принадлежит тебе. Всегда принадлежало.

Я выдохнул. Разжал кулаки.

— Он ушёл?

— Да. Сказал, что навсегда.

Я прошёлся по гостиной. Остановился у окна. Смотрел на город. Пытался успокоиться. Не получалось.

— Я не хочу, чтобы он приходил сюда, — сказал я. Голос был тихим, но с металлом.

— Я не могла его не пустить. Он был... разбит.

— Он трахал тебя.

Она замолчала. Я повернулся. Посмотрел на неё.

— Три месяца. Он был внутри тебя. Он целовал тебя. Он слышал, как ты стонешь. Он знает, какая ты на вкус. И он до сих пор хочет тебя. Я видел его глаза тогда, в клубе. Видел, как он смотрит на тебя. Как на свою.

— Артур...

— Я знаю, что ты выбрала меня. Я знаю, что любишь меня. Но я не могу... — Я осёкся. Пытался подобрать слова. — Я не могу не думать о том, что он был с тобой. Что он касался тебя. Что ты была его.

Она встала. Подошла ко мне. Взяла моё лицо в ладони.

— Слушай меня. Да, я была с ним. Да, он трахал меня. Но я никогда не была его. Ни на секунду. Я всегда была твоей. Даже когда ты меня потерял. Даже когда я сама себя потеряла. Моё сердце всегда было с тобой. А тело — это просто тело. Важно то, что внутри.

Я смотрел на неё. В её тёмных глазах была правда. Та самая, которую я искал все эти месяцы.

— Я ревную, — сказал я. — До бешенства. До желания найти его и добить.