Книга Моя идеальная, страница 27 – Настя Мирная

— Твою мать!

Ведьма смеётся и якобы случайно рукой задевает мою эрекцию, проходясь лёгкими касаниями пальцев.

— Настя! — рычу и наступаю на неё, пока не прижимаю к стене, не оставляя путей отхода.

Блядь, я прекрасно помню, где мы находимся, но всё равно набрасываюсь на её рот. Лижу и ласкаю губами. Сжимаю ладонями ягодицы и втискиваю в свои "мысли".

Всё ещё охуеваю от осознания того, что нам больше не придётся прятаться. До сих пор помню, как тогда в суши баре Миронова постоянно боялась, тряслась и оглядываясь по сторонам, опасаясь случайных свидетелей. А сейчас мы спокойно гуляем по самому большому и популярному ТРЦ в нашем городе. И есть нихреновый такой шанс нарваться на знакомых, но нам обоим так-то похую. Друг от друга вообще не отлипаем. Моя девочка тоже постоянно льнёт ко мне и целует при каждом удачном случае. Тащусь и кайфую от этого.

Шарю языком по её ротовой полости, но Настя подгибает и прячет свой от меня.

— Дай сюда язык! — рычу, прикусывая её губы.

— У-у…

Мотает головой и, пользуясь моментом, сжимает зубы.

— Настя! — срываюсь на звериное рычание.

Этот стояк меня убивает.

— Артём, ты вообще помнишь, где мы находимся? Здесь толпы людей ходят.

Вырывается из моего захвата и со смехом залетает в ближайший магазин. Смотрю, куда она вбежала и хищно улыбаюсь. Это, конечно, не секс-шоп, но здесь я тоже планирую оторваться по полной.

Мы уже и так ни один десяток магазов обошли. Четыре раза сумки в тачку относили. Весь багажник и заднее сидение уже забили. Настя вечно рвётся сама за себя заплатить, но не позволяю. Едва карту к терминалу тянет, хватаю на руки и оттаскиваю подальше. Везде сам за неё плачу. Обещал же, что будет у неё больше, чем раньше. Бабла хватает. Да и мне в кайф ей шмотки покупать. Только коробок с обувью штук десять нагребли. Я, блядь, весь мир к её ногам положить готов.

Растягиваю рот в оскале и следом за малышкой вхожу в магазин нижнего белья. Шарю глазами по манекенам и вешалкам, прикидывая, что и как будет смотреться на моей девочке.

Что я там говорил: будет в моих футболках по квартире ходить? Есть идея получше.

Цепляю пару коротких, едва прикрывающих задницу шёлковых халатов и бросаю в корзину. Туда же отправляются четыре полупрозрачные ночнушки, типо той, в которой Миронова тогда перед камерой танцевала. Только эти совсем открытые, оставляющие мало места для воображения. Спать в них я Насте не дам. В нашей постели никаких лишних тряпок не будет. Но вот…

Блядь, как вспомню её танец и как дрочить на неё стал. Член сразу принимает боевую стойку. Хочу, чтобы она снова это сделала. Только теперь в живую. Сука, буду смотреть, как она двигается и…

Снимаю с вешалки красный, почти прозрачный пеньюар и глубоким вырезом. Перед глазами сразу встаёт картина, как моя девочка в этом самом пеньюаре седлает меня и скачет сверху. Как откидывает назад голову, подставляя шею моим жадным поцелуям.

— Северов, хватит уже мечтать! — шипит Настя, вырастая, блядь, из ниоткуда. — Уже все консультантки на твой стояк пялятся!

Хватаю за талию и жму к себе. Накрываю её рот своими голодными губами.

По херу. Пусть смотрят.

— Ревнуешь, малыш? — хриплю, проходясь языком по её шее и оставляя влажную дорожку из своей слюны.

— А тебе это нравится?

— Что именно? Что ты ревнуешь? Или что они смотрят?