Книга Моя идеальная, страница 190 – Настя Мирная

Хочется просто прижать её к себе. Сжать до хруста костей. Вплавить её в своё тело. Влить в свою кровь. Вплести в цепочку ДНК. Слиться в одно целое, чтобы никогда больше не потерять. Но я ничего из этого не делаю, потому что понятия не имею, сколько на её теле ран и насколько они глубоки.

Отстраняюсь, отрываясь от любимых губ, но продолжаю гладить пальцами её тело. Заглядываю в глаза.

— Как ты себя чувствуешь, маленькая?

Касаюсь загипсованного запястья и синяка не щеке.

Егор сказал, что у неё было ножевое ранение ноги. Опускаю глаза к краю больничной сорочки. Провожу кончиками пальцев по бёдрам, пока не напарываюсь на ткань бинта.

Зубы до скрипа. Тяжёлый выдох.

Сколько мне ещё предстоит видеть её разбитые руки и чёрные пятна синяков на её теле?

— Болит, Насть? — вскидываю взгляд к её лицу.

Любимая опускает ресницы и шумно таскает кислород.

— Болит. — шепчет откровенно. Знаю же, насколько и ей тяжело признаваться в своих слабостях. — И не только нога, Тём. Всё тело болит. Душа болит. Сердце болит. — торможу дыхание, пропуская через себя не только её слова, но и боль. Беру в плен лицо, вынуждая смотреть в глаза. — Я боялась, что больше никогда тебя не увижу. Я так боялась, любимый…

Слёзы катятся по её щекам. По моим тоже. Снова, мать вашу.

Блядь, я понятия не имею, какие действия будут правильными в данный момент, поэтому коротко целую и утыкаюсь лоб в лоб.

— Главное, что ты жива, Насть, а со всем остальным мы справимся. Теперь всё будет хорошо. — дышу её выдохами. Живу её глазами. — Веришь, моя идеальная девочка?

— Конечно, верю, Артём. — шепчет, задевая мои губы своими, отчего по всему телу мурахи ползут.

Бля, как же я по ним скучал.

— А вот я глазам своим не верю. Думал, что достаточно мозгов вбил тебе в голову и вырастил мужика, а не соплю, которая ревёт, стоя на коленях.

Меня передёргивает. По всем нервным окончаниям ударом молнии прошибает от этого ледяного голоса и жёсткого тона. Опускаю веки, продолжая прижиматься к любимой, потому что мне сейчас необходим заряд, который может дать только она.

Малышка сжимает ладонь на моём плече, выражая тонкую и тихую, но такую необходимую поддержку.

Глубокий вдох до надрыва. Пальцы в кулаки до хруста. Челюсти в сцепку до скрипа.

Даже не смотрю в сторону ублюдка, сломавшего мне не только кости, но и жизнь. Только благодаря Тохе и его отцу я смог собрать себя по кускам. А благодаря Насте я смогу взглянуть в глаза своим демонам.

— Тёма… — шелестит любимая одними губами.

Вынуждаю себя встретиться с ней взглядами и уверенно выбиваю:

— Не бойся, малыш. Всё хорошо.

Провожу костяшками по её щеке и поднимаюсь. Медленно, но уверенно выпрямляю спину. Разворачиваю плечи. Вскидываю голову и торможу не только потоки воспоминаний, но и все эмоции.

Холод в голову. Броню на тело. Сталь на сердце. Лёд в голос. Ненависть в глаза, когда встречаю тяжёлый взгляд блекло-бирюзовых глаз.

Пробивает. Ознобом летит. Душу демоны на лоскуты раздирают.

Жму кулаки, пока на ладонях не проступает кровь.

— Я люблю тебя, Артём. — долетает тихое шуршание моей девочки.

— Спасибо за силу, малыш. — толкаю мысленно. Разрезаю замершую тишину скрежещущим тоном. — Я сам себя вырастил и поднял на ноги. Не твоими стараниями.

— Совсем зазнался, сынок.