Книга Дикарка для Хулигана, страница 98 – Настя Мирная

Понимаю, что у нас ещё максимум пара часов, а потом неизвестно, когда в следующий раз мы увидимся. Не хочу отпускать его. Ни на секунду. Но знаю, что это неизбежно. Единственный вариант проводить вместе больше времени — рассказать о нас братьям, но они точно не захотят смириться с тем, что, по их мнению, делает со мной Егор. Им будет наплевать, что секса у нас не было и вряд ли будет в ближайшее время. Для них главное, что их друг "раскупорит" меня, а этого уже достаточно, чтобы считать его последним уродом. Если бы это был любой другой парень, которого они не знают, то рано или поздно смирились бы с ним, но Северову этого точно не простят. А если узнают о его срывах… Даже думать об этом боюсь.

— Ты чего напрягаешься, Диана? — обеспокоенно хрипит Гора, отрывая меня от себя.

Тяжело вздохнув, говорю как есть. Он опять хмурится и кивает.

— Теперь ты понимаешь, почему я не хочу, чтобы они знали? — шелещу еле слышно, опуская взгляд вниз.

Парень усиливает давление на мои плечи и отбивает:

— Всегда понимал, но мне похую, Ди. — поднимаю голову, глядя на его абсолютно серьёзное лицо и прямой сосредоточенный взгляд. — Я не хочу терять друзей, но понимаю, что мне придётся выбирать между тобой и ими. — считав с моего лица страх, что выбор падёт не в мою пользу, быстро целует и обрубает. — И он уже сделан. Когда будешь готова, мы расскажем им, и будь что будет. Я приму любое их решение, но от тебя не откажусь. Я больше не уйду, Дикарка. Не оставлю тебя. Не отдам другому. Ты моя. Моя… — замолкает, прочищая горло. Забываю о необходимости дышать, чувствуя, что он хочет сказать нечто очень важное, но Егор меняет тему. — Мне надо съездить на квартиру. Проверить рабочих и раздать люлей, чтобы закончили до завтра. Поедешь со мной?

Сдержанно киваю и прячу глаза, потому что мне до зуда под кожей хочется потребовать от него сказать то, что он собирался. Но вместо этого высвобождаюсь из его хватки и беру за руку. Не глядя на парня, делаю шаг в направлении кафе, где остались на парковке наши машина и байк. Северов резко дёргает меня обратно. От неожиданности и силы рывка не успеваю переставить ноги и буквально падаю в объятия Егора.

Он быстро перебрасывает руку и сжимает пальцами мой подборок, заставляя посмотреть ему в глаза.

— Говори, Диана. — командует коротко, но безапелляционно.

— Что? — выбиваю, прикидываясь дурочкой.

На короткое мгновение на его губах появляется ухмылка, но так же быстро исчезает. Я даже успеваю подумать, что мне просто показалось.

— То, что собиралась. Я же просил тебя говорить правду. Никакой лжи, Дикарка.

Сжимаю в пальцах его толстовку, пока не понимаю, что ногти даже сквозь ткань впиваются в ладони.

Что я могу ему сказать? Мне показалось, что ты умолчал о чём-то важном, поэтому договаривай? Я тут себе придумала, что ты хотел выдать какое-то признание? Отличная идея.

Тряхнув головой, даю понять, что мне нечего сказать, но он крепче фиксирует моё лицо и требует уже жёстче.

— Говори.

Вырываюсь из его хватки, начиная закипать.

Он требует, чтобы я наизнанку перед ним выворачивалась, но при этом сам умалчивает. Понимаю же, что он ни за что не откроется мне всего за пару дней, но всё равно хочу, чтобы он доверял мне чуточку больше. Разве так трудно пойти навстречу? За те пять часов, что мы гуляли, он постоянно расспрашивал меня о моих увлечениях, какую еду я люблю, о моём детстве, о семье, о доме, об учёбе, но о себе почти ничего не говорил. По крайней мере, о том, что касается семьи и всего с ней связанного, в том числе о прошлом.