Книга Дикарка для Хулигана, страница 243 – Настя Мирная

Давно наклёвывалось и теперь понеслось.

— Я тебя другом считал, ебливая ты мразота!

— Сколько ты уже нам в глаза врёшь?!

— Я тебя, суку, на кровавые ошмётки порву!

— Как ты посмел даже смотреть на неё?!

Их крики оглушают, вынуждая мозг агонизировать. Андрюха с отцом скручивают близнецов, не давая меня добить. В том, что они это сделают, сомнений никаких.

— Мальчики, хватит. Успокойтесь. — призывает их мама.

— Как ты можешь просить нас успокоиться? После всего, мама?!

Никитос вырывается из рук Андрея и заряжает мне под дых. Сворачиваясь пополам, стараюсь ухватить хоть немного воздуха. Как только мне это удаётся, разгибаюсь и сиплю:

— Выйдем.

— Егор, будь благоразумнее. — просит их мама.

— Извините, что так неожиданно новость преподнесли. — оборачиваясь назад, подтягиваю окаменевшую Дианку к себе. По её щекам катятся прозрачные капли, но она даже не дышит. — Всё нормально, Котёнок. — шепчу ей в ухо, забив на скрипящих зубами друзей. — Успокойся, малышка.

— Убери от неё руки! — рявкает Макс распухшими губами.

Только сейчас понимаю, что двинул ему. Сильнее давлю на заледеневшую спину Дикарки, но она в полном ступоре. Знаю, что чтобы привести её в чувство, надо время, но у нас его нет. Наклонив голову, подцепляю её дрожащие губы.

— Не трогай её, мразь!

— Хватит, Никита. — врывается голос их старшего брата.

— Ты всё это время знал, что это он? Этот… Эта…

Забиваю на всех, сосредоточиваясь исключительно на Ди.

— Давай, любимая, дыши. Всё будет хорошо. Мы справимся. — сиплю ей в губы, из которых, наконец, вырывается скрипящий выдох.

Ди начинает трястись и судорожно хвататься за меня руками. Поднимает голову вверх, продолжая заливаться слезами. Ощупывает разбитые губы и нос.

— Боже… Егор… Боже… — только и повторяет.

Блядь, я, конечно, в курсе об её панических атаках, но сейчас она и меня не на шутку напугала.

— Ничего страшного, Диана. — ловлю её руку и прижимаю к губам. — Я справлюсь.

Она вздрагивает и, будто в замедленной съёмке, поворачивается в моих руках.

— Отпусти её! — шипит Никитос.

Но Дикарка и сама сбрасывает мои руки и подходит к нему. Заносит руку и с таким звоном опускает на щёку брата, что все вздрагивают. В том же замедленном темпе бьёт по лицу Макса. Переводит глаза с отца на мать и рычит:

— Вы тоже против?

— У нас нет причин для этого причин. — ровно говорит Виктор. — И у вас их тоже быть не должно. — обдаёт холодом охреневших близнецов.

Дианка выглядит словно Ледяная королева. Холодная. Собранная. Отстранённая.

— Если вы тронете Егора, то я уйду из дома. — бомбит, бегая глазами от одного близнеца к другому. — Если вам что-то не нравится, то держите своё мнение при себе.

— Диана. — подходя ближе, становлюсь рядом с ней. Она цепляет мою руку и на секунду улыбается, а потом опять обдаёт братьев льдом. — Не могли бы вы их отпустить? — спрашиваю хрипом. Не по кайфу говорить в таких неравных условиях, пусть и безопаснее. Старшие Дикие перестают заламывать близнецов, которые скрипят зубами и сжимают кулаки. — Я люблю Диану. Я пытался вам об этом сказать, но вы не захотели слушать.

— Если бы хотел, то сказал. — гаркает Макс, прикладывая пальцы к разбитой губе.

— Я не хотела вам говорить, потому что знала, как вы отреагируете. Никита, как ты можешь так поступать после того, что я тебе сегодня сказала?