Книга Она - моё табу, страница 140 – Настя Мирная

Прикладываю ладошку к левой стороне его груди, подтверждая свои догадки. Колотится ведь. Бурей разносит. Вибрации по всему костяному остову идут.

— Эх, Царёва, подводишь Дикого под плаху.

Дёргаюсь раньше, чем успеваю распознать хозяина голоса. Оборачиваюсь, но Андрюша удерживает за бёдра и сипит в ушную раковину, чтобы только я слышала:

— Постой так. Не отходи.

Ничего не успеваю понять, как получаю ответ. Он вжимается паховой областью мне в зад, скрывая от своего взводного огромною эрекцию. Неловкая ситуация.

— Рома, — начинаю быстро, глядя прямо в глаза Гафрионова, — ещё минуту, пожалуйста.

— Товарищ старший лейтенант, я через минуту подойду. — вкладывает в интонации просьбу.

Рома, нахмурившись, смотрит на нас и обречённо качает головой. Андрюша переводит кисти мне на живот. Сдавливаю его пальцы, умоляюще впившись взглядом в папиного подчинённого.

— Ребят, я всё понимаю, но это не от меня зависит. Генерал Царёв едет сюда, чтобы лично проследить за подготовкой. Будь на то моя воля — отпустил бы. Молодость, любовь — всё понять могу, но устав и без того нарушаю. — но тут улыбка касается его губ. — Минута, Дикий. — прижав нас строгим взглядом, уходит.

Быстро поворачиваюсь к Андрею и тянусь к губам. Он ни секунды ни медлит, сразу целует. Мысленно отсчитываю ускользающие секунды, крепче сдавливая пальцами сильные руки.

— Надо запастись терпением, Манюнь. — сипит мужчина, выпрямляясь. В привычной манере прикладывает ладонь к щеке и поглаживает. — Знаю, что сложно, но надо.

— Иди уже. — бурчу недовольно и грустно. — Я тоже поеду, чтобы с папой не столкнуться. И будь внимательнее. У тебя марш хромает.

— Не хромает. — растягивается в улыбке. Трогаю её кончиками пальцев. Андрюша прижимает мою ладонь к губам и целует каждый. Мурашки всю кожу покрывают. Замечаю, что и его шея ими укрыта. — Ненавижу тебя.

— Я тебя тоже.

Дикий уходит, но я всё равно стою, не торопясь запрыгивать в Танк. Если папа увидит, скажу, что к Пашке приехала. А вообще, пора всерьёз задуматься над тем, как рассказать ему. Я не хочу прятаться.

Обхожу машину и облокачиваюсь на неё спиной, продолжая наблюдать за Андреем. Не могу я просто уехать. Хотя бы посмотрю на него и всё. Этого, конечно, мало, но уже больше, чем сидеть дома в гордом одиночестве.

Каждый раз, когда сталкиваемся взглядами, улыбаемся до ушей. Бабочки пусть и не кружатся в животе вихрем, но постоянно трепещут крылышками, вызывая улыбку.

Подъезжает папа, и я сразу отворачиваюсь, дабы не подставлять Андрюшу. Быстро подхожу к отцу и целую в щёку.

— Ты почему здесь? — с подозрением поднимает брови.

— Наблюдаю за подготовкой к параду. Ты же знаешь, как мне это нравится. — отмахиваюсь расслаблено. — Тем более, что в нём Пашка участвует.

— И отвлекаешь своим видом парней. — приподнимает уголки губ.

— Я вполне прилично одета.

— Угу. — мычит задумчиво. — В последнее время стала похожа на мою девочку. Что на тебя так повлияло? Или кто?

— Не скажу, пап! — смеюсь весело.

— Значит, всё же кто. — констатирует спокойно, склонив голову набок. Проходит взглядом по строю. — И кто из них?

— Никто! — выкрикиваю слишком резко и тут же тушуюсь. — С чего ты вообще это взял?

— С того, что на прошлой неделе Таисия Петровна видела тебя на набережной с военным.