Книга Счастье для Хулигана, страница 84 – Настя Мирная

Только припарковав мот, даю себе приказ взять себя в руки и перестать кипишовать. Достаю из сумочки небольшое зеркальце и оцениваю свой внешний вид. Учитывая то, что у меня была пара часов, привести себя в порядок, выгляжу я с иголочки. Синяки под глазами, укусы и засосы спрятаны под толстым, но ровным слоем тональника. Бежевые блестящие тени, чёрная подводка и бежевая помада. Волосы до единой волосинки стянуты в тугой пучок на макушке. Только грудь под тканью выдаёт неровные сокращения, выказывая моё истинное состояние.

Глубоко вдыхаю и ещё раз набираю номер Северова.

Безрезультатно.

За эту длинную бессонную ночь я сделала для себя ещё одно открытие: в тяжёлые моменты, пусть и неосознанно, мы ищем поддержки в самых близких. К тому моменту, как вхожу в свой кабинет, я перестаю блокировать мысль, что именно Егор является для меня человеком, на которого я могу надеяться и рассчитывать. В течении ночи я ни разу не подумала о том, чтобы позвонить родным не только потому, что они далеко, но и потому, что знала — они не смогут дать мне то чувство защищённости, которое я испытываю рядом с Егором.

На работе сосредоточиться не получается. Радует только то, что никаких незапланированных пациентов не нарисовывается. В какой-то момент ко мне заглядывает Настя.

— Привет. Ты как? — без обиняков начинает она, садясь на стул напротив.

Глубоко вздыхаю и натягиваю на лицо улыбку. Весь день её таскаю, уже легко даётся.

— Нормально. Если учитывать то, что у меня, кажется, развилась паранойя. Я не могла уснуть ночью, поэтому решила прокатиться на мотоцикле. Увидела какую-то тень и развела панику. До утра сидела с молотком и слушала каждый шорох. — смеюсь с искусственной непринуждённостью, которой на самом деле не испытываю.

Надеюсь, что Дюймовочка посмеётся вместе со мной. Скажет, что я дура, а это всё нервы. Вот только ожидаемого эффекта не получаю. Она хмурится, нервно теребя пальцами пуговицу на блузке.

— Ты рассмотрела его? — на серьёзе выталкивает она, глядя мне прямо в глаза.

Улыбка сползает с моего лица вместе с красками.

— Это была всего лишь тень, Насть. Мне просто показалось, а я себя уже накрутила. Просто в последнее время на меня столько всего свалилось, что у меня кукушка поехала.

Блондинка поднимается и опирается ладонями на стол, сканируя моё лицо.

— Мне начинает казаться, что не просто всё это. Сначала наркотики, а теперь и это.

Рвано забиваюсь кислородом и перестаю прикидываться дурочкой, расписывая чёткие аргументы, которыми убеждала себя ночью не истерить:

— Не накаляй, Настюха. Если бы это был сталкер или какой-то маньяк, то вряд ли бы он караулил ночами под подъездом. Какой шанс, что мне среди ночи приспичит выйти на улицу?

Она прочищает горло и только после этого отпускает облегчённый выдох.

— Наверное, ты права. Но после клуба мы все на нервах. Отдел на ушах стоит. Так ещё и вчерашнее убийство. В Питере расчленёнка давно не в новинку, но такая жестокость…

От её слов мороз по коже. Я, конечно, не настолько чувствительная, но в свете последних событий мой эмоциональный фон явно начал рябить.

— Так ужасно? — высекаю осторожно.

— Не то слово. А самое страшное то, что у нас, по-ходу, завёлся серийник. Будь осторожна. Лучше не ходи одна по ночам. И зайди в арсенал. Я договорюсь, чтобы тебе выписали шокер на всякий случай.