Книга Счастье для Хулигана, страница 78 – Настя Мирная

— Расскажи мне. — шепчет, захлёбываясь солью.

Прижимаюсь губами к мокрой щеке, выпивая слёзы — лезвия, которые ранят смертельно. Но я продолжаю жить только для того, чтобы исправить свою самую большую ошибку в жизни. Я просто обязан дать ей то, что обещал когда-то: любовь, семью, счастье.

— Я отвечу только на один вопрос, Ди.

— Но их так много. — всхлипывает, отрывая лицо от моей шеи.

— Давай понемногу. Ладно? — кладу ладонь на щёку, растирая влагу и убирая прилипшие волосы. — Я всё расскажу, когда ты готова будешь это принять. Как и то, что ты всё равно моя.

Она судорожно затягивается кислородом, кулаками трёт глаза и размазывает слёзы. Подвернув губы, кивает и замирает. Роняет голову на плечо, трясущимися пальцами пробежав по шрамам.

Бля-ядь…

Я не хочу, чтобы она знала. Если поймёт, что я согласился на угон тачки, чтобы защитить её, то с ума сойдёт.

Какой вопрос она задаст? Что гложет её больше всего?

— Авария… — доносится едва различимый шелест. Закрываю глаза, рвано вдохнув. — Какие последствия она имела? Что-то необратимое? И кома? Что-то ужасное? То, что нельзя изменить и вылечить?

Вопрос не один, но иначе сформулировать она просто не может. А ещё она ошарашивает меня именно тем, что спрашивает об этом, а не об истинной причине моего внезапного исчезновения и очевидной лжи. Значит, именно это имеет для неё самое большое значение. Что случилось со мной.

Притискиваю крепче к себе, оставив короткий поцелуй на виске.

— Ничего необратимого, Котёнок. Только шрамы. Но это херня. — пару секунд спорю с собой, но всё же выбиваю. — Почему ты спросила именно это?

— Потому что только это по-настоящему важно.

Поднимает на меня заплаканное лицо с дрожащими губами и слипшимися ресницами. Накрываю её рот своим. Прижимаюсь губами и замираю.

— Ты сможешь когда-нибудь дать нам новый шанс, Диана?

— Пока нет. — качает головой, приподнимаясь.

Я же растягиваю лыбу от уха до уха. Встаю следом за ней и сгребаю ладонями щёки.

— Пока?

— Да, Егор. Я не готова сейчас возвращаться к тому, что было. Но и отказаться от тебя не могу. — будто виновато выпаливает Дикарка, опуская ресницы.

Наклоняюсь и целую в лоб.

— Кажется, просто секс не такое уж и плохое начало. — выбиваю с улыбкой, и Дианка робко поднимает уголки губ.

— Не начало, Северов. Продолжение.

Даже то, что остаться Ди мне всё равно не даёт, надежды не лишает. Уже обувшись, протягиваю к ней руки. Девушка не спешит. Сомневается. Сражается с собой, но всё равно проигрывает.

Шагает ко мне, задирая голову вверх и выпячивая персиковые губы для прощального поцелуя. С тихим смехом припечатываю, обнимая соблазнительное тело, теперь уже спрятанное красным халатиком до хруста. Ди ничего не предпринимает. Просто позволяет мне обнимать и целовать.

Ничего, Котёнок, я пробью твою оборону. Без спешки и давления.

— Позвони, как доедешь. — шуршит она, но резко обрывается. — Извини, это по привычке. — выбивает, краснея, и отстраняется. — Не звони.

— Мне нравится такая привычка. — бомблю с ухмылкой. — Если не хочешь, то звонить не буду.

— Не надо. — подворачивает губы и глухо вздыхает. — Напиши.

— Договорились. А теперь отдыхай.

— Пока, Егор.

— До встречи, Диана.

Как бы ни ломало без никотина, всё равно не закуриваю. Не хочу перебивать вкус МОЕЙ Дикарки. Шиза? Сто процентов. Но мне насрать.