Книга Счастье для Хулигана, страница 70 – Настя Мирная

Наверное, придётся перехватить его возле участка и "побеседовать" прямо.

Принимаю звонок и яростно рычу, поднимаясь по ступеням на четвёртый этаж.

— Я, блядь, сказал тебе оставить её в покое!

— Его-о-ор? — раздаётся в трубке злобное протяжное шипение.

На сомнения времени не трачу. Сжав свободную руку в кулак, глубоко вдыхаю, понимая, что сейчас накосячил ещё больше.

— Ди? — выбиваю так, будто, блядь, сомнения есть.

— Откуда у тебя мой телефон? — сечёт едко, в то время как я едва не ору:

— Какого хрена ты с ним?

Ляпаю раньше, чем успеваю остановить себя.

Су-ука…

Я же не собирался на неё давить. Должен был дать ей самой сделать выбор, которого у неё, по сути, и нет. Она моя. Вот только, дурочка, пока сама не готова с этим смириться.

— Северов, твою мать! — орёт Ди, пока я стараюсь переварить то, что она сейчас с этим, блядь, Заебариком. — Ты спёр мой телефон?!

— Я его нашёл в машине. — отбиваю зло, но сдержанно.

Я не должен срываться на ней. Не должен сейчас хуярить мусора. Мне надо просто отдать ей телефон и свалить. Всё.

— Верни. Мне. Мой. Телефон. — чеканит Демоница.

— Верну. Как только откроешь дверь.

— Какую дверь?

Ту самую, из-за которой доносится её голос. А это значит, что ментяра какого-то хера среди ночи торчит у Дикарки дома.

Су-ука…

Я не хочу верить в то, что у них реально что-то есть. Она не спала с ним. Но тогда какого дьявола он делает у неё ночью?

В бешенстве луплю кулаком в дверь и рявкаю:

— Если не откроешь, то я её вынесу.

Просто, вашу налево, не выходит справляться с ревностью. Не стираются картинки моей Ди с этим ублюдком. Вижу, как она выходит с ним из участка. Как он зажимает её возле клуба.

Раздаётся щелчок замка. Закрываю глаза и глубоко вбиваю в лёгкие пронизанный напряжением кислород.

Мне нельзя выказывать истинных чувств, особенно перед Заебариком. Да и на Дикарку напирать не стоит. Иначе только оттолкну её. Знаю же, что какой бы сильной и независимой Ди не стала, ей всё так же нужна нежность и забота. По-другому её не возьмёшь.

Так я думаю, пока не вижу Диану. Взъерошенную, растрёпанную, раскрасневшуюся, тяжело дышащую и, мать её, в коротком шёлковом халате, который еле задницу прячет.

Я не хочу думать о том, чем они занимались. Я не хочу представлять, что после того, как она провела у меня ночь, теперь раздвигает ноги перед ним.

Она приоткрывает дверь ровно настолько, чтобы протянуть раскрытую ладонь и прошипеть:

— Мой телефон.

— Отдам. Только сначала поговорим.

Показательно запихиваю его в передний карман джинсов и толкаю дверь. Ди не сопротивляется. Делает шаг назад, позволяя мне пройти. Стоит увидеть такого же всклоченного клоуна, и челюсти сами скрипят, кроша зубную эмаль. Прячу кулаки в задние карманы.

Ментяра, как ни в чём не бывало, тянет мне лапу. Дробно выдохнув, создаю видимость нормального человека, которого не растаскивает от желания убить. Пожимаю его руку с такой силой, что хруст слышен на всё пространство. Вот только и он не уступает.

— Дима. — сечёт своим именем так, будто я, блядь, не в теме.

— Егор. А теперь съебни. Мне надо поговорить с Ди. — обрубаю скрежетом, глазами разбирая мусора на мясные полоски и скармливая его голодным шавкам.

— Егор. — рычит Дикарка предупреждающе, перетягивая всё внимание на себя. — Говори, что хотел и уходи, я устала.