Книга Хирург для дьявола, страница 63 – Кэти Андрес

Сапёр замер. Его брови поползли вверх. На губах появилась кривая, недоверчивая усмешка.

— Ты веришь в Бога? — он произнес это так, словно я только что заявила, что верю в единорогов. — После всего, что с тобой сделали в том борделе? После того, как убили твою семью? Ты серьезно веришь в Бога?

Моя спина выпрямилась, превратившись в стальную струну.

— Конечно верю, а как иначе? Руслан, посмотри на меня. Я пережила то, после чего люди либо вскрывают вены, либо сходят с ума и пускают слюни в психушке. А я сижу здесь, в дорогом платье, с красным дипломом хирурга, и спасаю жизни. То, что я выжила, то, что я сохранила рассудок — разве это не самое прямое доказательство того, что Бог был со мной?

Руслан нахмурился, сцепив руки в замок.

— Странный у тебя Бог, Лера. Если Он был с тобой, почему Он вообще возложил на тебя всё это? Почему допустил этот ад?

Я покачала головой, чувствуя, как внутри поднимается странное, спокойное тепло.

— Не Бог меня похитил, Руслан. И не Бог насиловал меня. Это сделали люди. Такие же чудовища, как те, с которыми ты воюешь каждый день. Люди обладают свободой воли, и они выбирают творить зло. Богу не подвластны их грязные желания. Но Он дал мне нечто другое.

Я посмотрела на свои руки.

— Он дал мне силы. Силы пережить это. Силы не сломаться окончательно. Силы стать врачом, чтобы больше никогда не чувствовать себя беспомощной.

В кабинке повисла тяжелая, густая тишина. Сапёр смотрел на меня так, словно видел впервые. Его взгляд сканировал мое лицо, впитывая каждое слово, каждую эмоцию.

Затем он медленно протянул руку через стол. Его большие, теплые пальцы едва ощутимо коснулись моего левого плеча, где бретелька платья не скрывала небольшой, старый, белый шрам в форме полумесяца.

— А это откуда? — тихо спросил он, поглаживая рубцовую ткань. От его прикосновения по моему телу прошел настоящий электрический разряд.

— Отверткой ткнули, — меланхолично отозвалась, стараясь, чтобы голос не дрожал от той лавины ощущений, которую вызывали его пальцы. — Клиенту не понравилось, что я слишком громко кричала.

Руслан резко убрал руку, словно обжегся, и стиснул челюсти. В его глазах снова мелькнула та самая тьма, готовая убивать.

Остаток ужина прошел на удивление легко.

Мы больше не говорили о прошлом. Он спрашивал о медицине, я травила байки из ординаторской, он рассказывал (без лишних деталей) о том, как работал в Африке по контракту. Я обнаружила, что с ним интересно. Он был умным, жестким, прагматичным и обладал потрясающим, черным чувством юмора.

Но чем больше мы говорили, чем больше он на меня смотрел, тем сильнее я чувствовала, как паника охватывает мое тело.

Я возбуждалась.

Это было дико, неправильно, невозможно. Я не испытывала сексуального влечения к мужчинам уже много лет. Секс с Эдиком был механическим процессом, долгом, во время которого я обычно составляла в уме список продуктов.

А здесь… я сидела напротив изрешеченного пулями бандита, который просто со мной разговаривал, и чувствовала, как низ живота сводит от тягучего, горячего желания.

Эта близость, эта его попытка залезть мне в душу, его откровенное желание защитить меня — всё это рушило мои железобетонные стены.

— Знаешь, что сейчас происходит с медицинской точки зрения? — я покрутила в руках бокал, глядя на него с откровенной, вызывающей насмешкой. Моя спасительная броня с лязгом вставала на место. — Банальная физиология, Сапёр. Эндокринная система и сбой в нейромедиаторах.