Книга Бывшие. Была и будешь моей, страница 13 – Катерина Коротеева

Он не имел права ни прикасаться ко мне, ни ревновать.

Нас больше ничего не связывало.

Ладно, почти ничего, но о сыне он не узнает.

Оскар завел двигатель, и мы тронулись. Ехали в тишине, пока он не нарушил ее своим хрипловатым голосом:

— Тебя что-то тревожит?

Я снова хотела соврать, что всё в порядке, но слова застряли где-то в горле. Я только пожала плечами.

— Мы уезжаем, и это главное, — произнесла я наконец.

Оскар мельком взглянул на меня, но промолчал. Его молчание будто говорило: «Я здесь. Когда будешь готова, расскажешь».

Через несколько минут Оскар вдруг напрягся. Его руки крепче сжали руль, а взгляд стал сосредоточенным.

— Лиз, — негромко произнес он, — кажется, за нами хвост.

— Что? — сердце ухнуло куда-то вниз.

Я скосила взгляд в боковое зеркало, но ничего особенного не заметила. Машины двигались как обычно.

— Ты уверен? — спросила я, чувствуя, нахлынувшее волнение.

— Уверен, — кивнул он, сжав руль еще сильнее. — Они слишком близко и повторяют каждый мой маневр.

Он резко повернул руль, свернув на ближайшем перекрестке. Машина рванула вперед. Я вцепилась в ремень безопасности, чувствуя, как по спине пробежал холод.

Вместо страха меня накрыла волна паники.

Неужели это Данил?

Но я бы увидела его на лестнице. Или… не успела?

А если это не он, тогда кто?

— Оскар, кто это может быть? — вслух спросила я.

— Не знаю, — коротко ответил он.

Дальше началась настоящая гонка. Он мастерски уходил от погони, резко меняя полосы, сворачивая то вправо, то влево. Меня то и дело бросало из стороны в сторону. Я старалась держать себя в руках, но сердце колотилось как бешеное.

— Держись крепче, — бросил он, когда резко затормозил перед светофором, затем снова нажал на газ.

Я видела, как машина позади пыталась не отставать, но Оскар явно был быстрее. Его сосредоточенность впечатляла. Я не могла оторвать взгляда от его профиля — напряженного, но уверенного.

В какой-то момент он свернул в узкий переулок, потом еще и еще. За нами больше не было видно фар преследователей.

— Кажется, оторвались, — сказал он, замедляя ход.

Я откинулась на спинку сиденья, пытаясь прийти в себя. Ладони вспотели, дыхание сбилось.

— Кто это мог быть? — выдавила я.

Оскар ответил не сразу. Он смотрел на дорогу, а потом тихо произнес:

— Есть одно подозрение.

Какое именно он не озвучил, но мне и так было понятно, кого он имел в виду.

Моего бывшего.

— И мне кажется, что ты мне о чем-то не рассказала, — еще тише добавил он.

Я закрыла глаза, пытаясь успокоиться.

Оскар вел машину с хладнокровной уверенностью, но его напряжение ощущалось в каждом движении. Я сидела рядом, чувствуя, как адреналин продолжал пульсировать в крови.

— Всё в порядке, — произнес он, бросив на меня короткий взгляд.

Я молчала.

Какое там «в порядке»? Еще бы чуть-чуть, и я бы вообще не знала, куда себя деть от страха.

— Нас больше не преследуют, — добавил он, и его голос прозвучал мягче.

Я кивнула, стараясь унять дрожь в руках. Уход от погони оказался для меня чем-то совершенно новым. В голове роились тысячи мыслей, но одна из них крутилась особенно навязчиво: «Зачем? Кто мог за нами следить? Неужели Данил?»

Затем Оскар и вовсе остановился, развернулся ко мне и спросил:

— Лиз, ты уверена, что ничего не хочешь мне рассказать?