Книга Чудо для мужчины с принцессой, страница 68 – Ольга Корк

— Сама выбрала.

Сказал и сразу пожалел. Слишком жёстко. Грубо. Татьяна опустила глаза, помолчала. Её палец водил по краю чашки — туда-сюда, туда-сюда. Потом она подняла голову, и в её глазах стояли слёзы. Настоящие? Я уже не понимал. Но почему-то внутри кольнуло.

— Ты прав, — сказала она тихо. — Я дура. Молодая была, глупая. Думала, что Варя мне жизнь остановила. Что я не успею, что жизнь одна, что надо попробовать всё. А ребёнок мешает. Это потом… — она всхлипнула, промокнула салфеткой уголок глаза. — Потом поняла, что самое главное — это семья. Это вы. Ты и Варя. И что я сама упустила всё хорошее, что у меня было. Идиотка, да?

Я молчал. Потому что не знал, что на это отвечать. Идиотка. Но где-то глубоко, на самом дне меня, ещё жил тот Костик, который её любил. Который верил в совместное будущее. Который хотел семью.

— Я не прошу прощения, — продолжала Татьяна. — Хотя прости, конечно. Я просто хочу… Кость, можно я буду видеться с Варей? Ты не подумай, я не пытаюсь её у тебя отобрать. Да и не смогу. Я помню про судебное решение. Просто иногда видеть её. Общаться. Чтоб она знала, что у неё есть мама.

— Варя знает, что у неё есть мама, — сказал я жёстко, даже не пытаясь смягчить слова. — Та, которая бросила её в полтора месяца.

— Я знаю. — Слёзы потекли по щекам Татьяны. Она их не вытирала, и это было хуже всего. — Я каждый день об этом думаю. Каждую ночь. Кость, я изменилась. Правда. Я не та девчонка, которая сбежала от ответственности. Я хочу быть матерью. Хочу знать свою дочь. Дай мне шанс. Один шанс.

Я смотрел на неё и чувствовал, как внутри всё разрывается. Перед глазами стояла Варька. Её глаза, её улыбка, её «пап, а Чудо придёт?». И Вася. Рыжая, тёплая, родная Василиса, которая стала частью нашей жизни так незаметно, что я уже не представлял, как мы без неё.

А напротив сидела женщина, которую я когда-то любил. Мать моего ребёнка. И она плакала. А ещё… Она ведь действительно родная мама Варвары. И мешать им общаться я не имею права. Не хочу, чтобы потом, когда-нибудь, Варюха сказала мне: «Ты лишил меня шанса знать её. Лишил права выбора». Чёрт его знает. Может, Таня и правда изменилась, и она действительно хочет просто быть рядом с дочерью?

— Я подумаю, — сказал наконец. — Не обещаю. Но подумаю.

Татьяна просияла. Схватила мою руку через стол, сжала — ладонь у неё была тёплая, мягкая, но какая-то чужая.

— Спасибо! Костик, спасибо! Я не подведу. Честно-честно. — Она заглянула мне в глаза. — Слушай, а можно я сегодня вечером приду? Познакомлюсь с ней поближе? Ну, поиграю, посижу с ней, пока ты делами занимаешься. У тебя же наверняка дел много, ты из-за меня сегодня на работу не пошёл… Я ненадолго. Просто… очень хочется увидеть дочку.

Я замер. Сегодня? Сейчас? Вот так сразу? Чёрт! Кажется, вот эту черту характера Татьяны я успел забыть. Напористости и упрямства ей было не занимать.

— Я позвоню, — ушёл от ответа. — Если получится — скажу.

— Хорошо. — Татьяна кивнула, но в глазах мелькнуло что-то… Нет, показалось. — Я буду ждать. Костик, я так рада, что мы поговорили. Правда.

Мы вышли из кафе вместе. На улице она вдруг шагнула ближе, привстала на цыпочки и чмокнула меня в щёку. Быстро, легко, будто невзначай.

— До вечера, — сказала. И ушла, цокая каблучками по замёрзшему асфальту.