Книга Лучшие бывшие, страница 108 – Лана Гетманцева

— Так, дамы, стоп, — выставил руки вперед в знак капитуляции, — давайте без нервов.

Зря это сказал.

— Да какие, нервы, родной! — Голос Скиржинской взлетел на два тона вверх, аж уши заложило. — Ты сейчас же едешь к своему папаше и объясняешь ему, что никакой свадьбы не будет. Потом тащишь свой зад к моим родителям, и говоришь то же самое. Я в этом дерьме участвовать больше не намерена!

— Крис! — взревел я.

— Я всё сказала! — Она развернулась, чтоб уйти, но остановилась, посмотрев в мою сторону. — Не превращай мою жизнь в ещё больший ад. У меня тоже есть чувства, и я не позволю тебе по ним топтаться, как по грязи. Имей совесть. Я заслужила, — помедлив, она добавила, как-то странно глядя на Милу, — мы обе заслужили.

Скаржинская ушла, хлопнув дверью. Да уж, утречко доброе, как говорится.

— Она права, Рос, — в голосе Снежинки не было ни капли осуждения, — пора рассказать правду. А примет её твой отец или нет, это уже его проблемы.

Я знал, что она права. И Крис тоже. Играть с чужими чувствами и жизнями было неправильно, но не я первый это начал. Мой отец мог в любой момент превратить в пепел жизнь дорогих мне людей.

— Эй, — не заметил, как Мила подошла и уткнулась головой в моё плечо, — мы справимся.

Других вариантов у меня не было. Либо я сумею защитить тех, кого люблю, идя против отца. Либо мне не место рядом с ними. Слабак, не способный постоять за родных никому не нужен. Так что никакихлибо.

Снежинка настояла на том, чтобы ехать к родителям вместе со мной. Мне эта идея не нравилась с самого начала, но как бы я ни противился, на каждый мой аргумент Мила находила три, и в итоге я сдался. Это ей надо было идти на юридический, а не мне.

Отчий дом встретил громкими криками сестры, которая, наверно, увидела из окна, как мы подъезжаем. И как думаете, кому на шею она кинулась первым делом? Нет, не к любимому брату. Меня она будто и не заметила. А вот появление Милы произвело на Еву настоящий фурор.

— Милаша! — визжала сестрёнка, сбегая через две ступени со второго этажа. Снежинка раскрыла руки для объятий, и Ева кинулась к ней со всей своей любовью и детской непосредственностью.

— Привет, малышка!

Кажется, Мила даже прослезилась от такой тёплой встречи. Женщины!

— Ева, где твои приличия? — сверху послышался тихий голос мамы. Она смотрела на Милу, будто не веря своим глазам. — Милаша?

Она тоже привыкла к ласковому прозвищу, которым всегда называла Снежинку Ева. Мила кое-как выпуталась из цепких ручонок моей младшенькой и с любовью взглянула на мою маму. Но идиллию, естественно. быстро нарушили. Из своего кабинета уверенной походкой к нам направился отец. Хмурый даже больше, чем обычно. На Милу он даже не взглянул. Мои кулаки непроизвольно сжались, но я изо всех сил держал себя в руках. Нельзя давать ему лишний повод испортить нам жизнь.

— Ростислав, что происходит?

Я бы удивился, если бы он поздоровался со мной. Так что начало вполне ожидаемое.

— Приехал познакомить семью с моей невестой. Моейнастоящейневестой. — Взял Милу за руку и подмигнул Еве. Сестра заверещала от радости, но отец быстро осадил её.

— Иди к себе в комнату, Ева. Алина, забери её, — раздал он указания. Как ему самому от себя тошно не бывает?

Мама, не проронив ни слова против, молча спустилась и увела сестру за собой. Возмущенные возгласы Евы были слышны даже за закрытой дверью на втором этаже.