Книга В голове только шоколад, страница 41 – Катёна Спарк, Марина Рэй

— Мила там села, прямо в зону поражения.

Андрей поднял голову, посмотрел на сестру, потом на меня.

— А, ну да. Ты же помнишь ту историю?

— Какую?

— На физре, классе в седьмом. Она просто сидела на скамейке, читала книжку, а мы в баскетбол играли. Мяч отскочил от щита и прилетел ей прямо в затылок. Она тогда три дня ходила с шишкой и говорила, что у неё «особые отношения со спортивными снарядами».

Я улыбнулся. Конечно я все помнил. Я тогда чуть не убил того, кто кинул мяч, а Мила просто отмахнулась и попросила никому не рассказывать, потому что «неудобно перед классом».

— Она до сих пор такая же, – сказал я.

— Ага. – Андрей усмехнулся. – Надеюсь, сегодня обойдётся.

— И я надеюсь.

Судья свистнул, приглашая команды на площадку. Мы вышли. Я ловил себя на том, что смотрю на трибуны чаще, чем на мяч. На неё. Она разговаривала с Аней и улыбалась. Потом Аня убежала куда-то убежала и Мила осталась одна. Сидела, обхватив колени руками, и наблюдала за разминкой. Я специально встал так, чтобы она меня видела. Просто чтобы знала, что я здесь.

Свисток. Матч начался.

Соперник у нас был серьёзный – биологический факультет. Эти ребята на разминке так мячами жонглировали, что у любого бы руки опустились. Высоченные, жилистые, с идеальной координацией. Их капитан, парень под два метра, с первой же подачи зарядил так, что мяч просвистел над сеткой пулей.

Я еле успел в падении принять. Пас Андрею, тот скинул на удар. Двойной блок соперника – и мяч улетел в аут.

— Ничего, – тренер хлопнул в ладоши. – Раскачиваемся! Орлов, выше принимай!

Я кивнул, вытирая пот со лба. В зале было жарко, хотя за окном уже гулял прохладный сентябрьский ветерок.

Вторая подача – снова мощная, с кручёной траекторией. Я сместился влево, принял корпусом, мягко довёл до связующего. Андрей выпрыгнул из-за головы пасующего и вколотил мяч в чужую половину – точно в угол, где защитник не успел.

— Есть! – заорал я.

Трибуны взорвались. Аня скакала где-то наверху, размахивая плакатом, Мила рядом с ней улыбалась.

Я поймал её взгляд, всего на секунду. И снова в игру.

Первый сет шёл очко в очко. Соперники были сильны физически, но мы брали своё тактикой. Андрей – наш основной нападающий, я на приёме и защите. Связка работала как часы. Я читал их подачи, предугадывал направления атак, несколько раз вытащил сложнейшие мячи в падении.

— Орлов, красава! – крикнул кто-то с трибун.

Я даже не обернулся. Но краем глаза заметил: Мила смотрит именно на меня.

Второй сет мы проиграли. Соперник сменил тактику, начал бить с задней линии, и мы не сразу перестроились. Их игрок – здоровенный детина с фамилией Козловский – положил три мяча подряд практически с одной и той же позиции.

— Соберитесь! – тренер взял тайм–аут. – Орлов, страховать будешь! Андрей, блок ставь плотнее! Не давайте им разбегаться!

Я пил воду и смотрел на трибуны. Мила теперь сидела ближе – прямо напротив нашей половины. В опасной близости от линии атаки.

— Ты на неё не отвлекайся, – тихо сказал Андрей.

— Я и не отвлекаюсь.

— Врёшь.

Я промолчал.

Третий сет начался с мощнейшей подачи Козловского. Мяч летел с такой скоростью, что я еле успел уйти в сторону – принял предплечьем, но приём вышел неточным. Мяч улетел высоко над сеткой, и биофаковцы этим воспользовались – скидка с перевода, и очко ушло сопернику.