Книга Фиктивная жена. Настоящая опасность, страница 39 – Агнешка Пламенная

Подземные коммуникации

Скрытая система ходов и туннелей.

В доме, построенном архитектором, всегда есть второй выход.

Утро наступило без рассвета. Небо за окнами особняка оставалось тёмно-серым, словно сам мир отказывался просыпаться после того, что случилось ночью. Я стояла в кабинете, прижав ладони к холодному стеклу, и смотрела на облетевший сад. Голые ветви яблонь тянулись к небу, как чёрные вены. Снег, выпавший накануне, растаял, оставив после себя слякоть и грязь.

Маша. Моя Маша. Единственная, кто поверил в меня с первой минуты. Единственная, кто прятал меня, кормил, поддерживал. Девочка в инвалидном кресле, которая никогда не жаловалась, хотя её собственная жизнь была полна боли. Она сейчас там — в руках человека, который не знает, что такое пощада.

Артём мерил шагами кабинет от окна до двери. Его лицо было бледным, а глаза — воспалёнными, но голос звучал ровно, когда он отдавал распоряжения Олегу. Только костяшки пальцев, сжимавших спинку стула, побелели от напряжения.

Олег стоял у окна кабинета, прямой как струна, и смотрел на заснеженный сад. Его лицо оставалось бесстрастным — маска, отточенная годами службы, — но я видела его руки. Пальцы, сцепленные за спиной, сжались с такой силой, что костяшки побелели. Он ни слова не сказал с тех пор, как Артём сообщил новость. Ни слова — но в этом молчании было больше ярости, чем в ином крике.

— Олег, — негромко позвала я.

Он повернулся. На мгновение — всего на одно короткое мгновение — маска дрогнула, и я увидела то, что скрывалось за ней. Не просто гнев профессионала, у которого украли подопечную. Гнев человека, у которого отняли личное.

— Я найду её, — сказал он. Голос прозвучал ровно, почти буднично. — И убью каждого, кто прикоснулся к ней хоть пальцем.

Это не было угрозой. Это была констатация факта.

— Люди Виктора не выходят на связь. Местонахождение Маши пока не установлено, — продолжил он, сверяясь с планшетом. — Вероника тоже исчезла.

Охрана в поместье отца удвоена. Судя по всему, он готовится к худшему.

— К худшему? — Артём резко повернулся. — Он похитил мою сестру. Куда уж хуже.

— Хуже будет, если ты поедешь туда один, без доказательств, — твёрдо сказала я. — Он убьёт и тебя, и её. Ему нужен не отказ от наследства. Ему нужна твоя смерть.

— Ты предлагаешь сидеть и ждать?!

— Я предлагаю дать нам время. — Я шагнула к нему и положила ладонь на его сжатую руку. Его пальцы дрогнули. — Олег и я спустимся в подвал. Там, в тайнике, должны быть документы, о которых писал мой отец. Подлинные улики против Виктора. Если мы найдём их до полудня, у нас будет то, что можно предъявить полиции. И тогда ты поедешь к отцу не как жертва, а как победитель.

Артём закрыл глаза. Дышал тяжело, прерывисто. Потом резко выдохнул и кивнул.

— У вас есть четыре часа. Если к полудню ничего не найдёте — я еду один.

— Не один, — повторил Олег, и в его голосе звякнула сталь. — Мои люди уже выдвигаются к поместью. Я оставил за старшего Кравцова — он знает план. Как только документы будут у нас, мы начинаем штурм. Без них мы — преступники, вламывающиеся в чужой дом. С ними — правосудие.

Артём коротко кивнул.

— Документы превратят штурм из мести в законную операцию. Без них мой отец вывернется и выставит нас бандитами. Поэтому они нужны нам не меньше, чем Маше — свобода.