Книга За раскатами грома, страница 5 – Мария Горная

С Вероникой мы встретились совершенно случайно. Гуляя по парку в наушниках и слушая какую-то инди группу, я заметила девушку с маленьким ребенком двух лет сидящую на лавочке. Малыш, видимо, со всей скорости забежал в лужу, а мама рыдая навзрыд пыталась влажными салфетками оттереть грязь. Только подойдя к ней, предложив свою помощь, я поняла, что плачет она совсем не из-за грязной одежды. В тот день ее муж объявил о разводе и о том, что он уходит в соседний дом к любовнице. До сих пор не представляю, какую боль и разочарование испытала эта хрупкая девушка, но только со временем я смогла осознать, что она совсем не хрупкое создание, а сильная женщина, которая готова самостоятельно воспитать такого же кареглазого мальчугана и дать ему самое счастливое детство. Однако как женщина, она нуждается в сильном плече, чтобы стать маленькой девочкой хотя бы на мгновение и все ещё расстраивается от мысли о том, что останется одна. С Никой мы продолжили наше общение, которое дальше вылилось в хорошую дружбу. Нам даже удалось попасть работать в одну поликлинику, поэтому можно считать, что у нас круглосуточная группа поддержки.

— Что бы я без тебя делала. - сказала Вероника хлюпая носом. Слезы она всё-таки так и не смогла сдержать.

— Объедалась шоколадным мороженным и толстела. - улыбнулась я в ответ.

— Лебедева, тебя зовут в регистратуру. - прервала наш душераздирающий разговор медсестра, заглянувшая на секунду в ординаторскую.

— Ладно, побегу. - вздохнула я поднимаясь с лавочки.

— Я же совсем забыла, просили передать, что новое оборудование пришло в реанимацию, и главврач всё ещё не понимает, откуда у тебя столько денег на пожертвование. Пытался все у меня узнать.

— Передай ему, что я почку продала. - подмигнула я подруге и быстро скрылась за дверью.

Все время, что я работаю, моя личность обросла мифами и легендами, так как я отдала огромную сумму на новое медицинское оборудование для больницы. Кто-то говорит, что у меня богатый муж, кто-то считает, что у меня есть “папик”, некоторые же говорят о влиятельных родителях и частично будут правы.

Через две недели, после того, как Громов меня кинул, я первый и последний раз встретилась с Максимом. Он приехал ко мне в общежитие. Сперва я его не пускала. Заперлась в комнате сразу же, как увидела его выходящим из машины на парковке возле здания. Но через десять минут настойчивого стука и слов, что он знает, что я в комнате, мне все же пришлось открыть эту дверь.

— Максим, уходи? - раздраженно проговорила я широко распахнув дверь.

— Нам надо поговорить.

— Нам не о чем с тобой говорить. - сказала я пытаясь обратно закрыться, но парень успел перехватить дверь своей огромной рукой не давая мне это сделать.

— Это касается твоих родителей. - тихо сказал Максим приподняв черную папку для документов, которую я не сразу заметила. Сдавшись, я всё-таки впустила его небольшую общажную комнату, в которой он казался великаном.

Указав на стул возле обеденно-учебного стола, Максим неуклюже на нем разместился параллельно доставая бумаги из папки.

— Держи. - протянул он мне стопку.

— Что это?

— Дарственная, которую ты подписала в тот день.

— Откуда она у тебя? - подозрительно спросила я, взяв в руки слегка помятые бумаги.

— Изъяли из машины Зуя в день задержания. Колпаков еле смог договориться со следственным комитетом, чтобы все бумаги передали тебе.