Книга Приват для Ректора, или Возраст имеет значение, страница 22 – Рика Лав

Но он же думает... Боже, он же думает, что я предлагаю ему... что я...

Дернулась, пытаясь вырвать руки из его хватки, отступить, убежать куда угодно, лишь бы подальше от этого позора.

— Отпустите, — голос дрогнул. — Пожалуйста, мне правда нужно идти, Миша...

— Лера, — Вадим Дамирович не ослабил хватку, его большие пальцы поглаживали внутреннюю сторону моих запястий, там, где бился пульс. — Посмотри на меня. Ну же, девочка.

Я упрямо мотала головой, зажмуривая глаза.

Нет. Не посмотрю. Не могу.

Если сделаю это, то увижу в его взгляде насмешку, презрение или, еще хуже, жалость. Он же уважаемый человек, профессор, а я... я стриптизерша, которая только что предложила себя ему, не в силах сдержаться от одного его прикосновения ко мне.

— Лерочка, — голос стал мягче, обрел бархатистые нотки. — Милая, открой глаза. Я понимаю, что ты оговорилась, слышишь? Ты просто устала, напугана, тебя обидели сегодня, и ты не контролируешь то, что говоришь. Все нормально. Ничего страшного не произошло.

Оговорилась. Да, конечно, оговорилась. Именно так и было.

Хотя... хотя если честно с собой, то я не оговорилась. Я действительно хотела его. Хотела, чтобы Вадим коснулся меня еще раз, еще выше, там, где все сжималось и пульсировало от одной мысли о его руках.

Страшась, открыла глаза, решаясь взглянуть на него. Вадим Дамирович смотрел на меня снизу вверх, в его глазах не было ни насмешки, ни презрения. Только...

— Я... мне правда пора, — прошептала. — Няня Света ждет, а Миша, он же...

— Конечно, — Вадим отпустил мои запястья, его руки очертили мои ладони, прежде чем совсем меня отпустить. — Я отвезу тебя. Только оденься сначала, хорошо? А то простудишься.

Он поднялся с колен. Я же невольно сделала шаг назад, давая ему пространство. Наблюдала, как он распрямляется во весь рост, и снова почувствовала себя такой ничтожной рядом с ним.

Вадим Дамирович прошел в спальню, я слышала, как он достает что-то из шкафа. Воспользовалась моментом, быстро подобрала с пола свой велюровый халатик, натягивая его и запахивая на груди. Лучше уж в этом, чем практически голой. И о чем я думала?

Вернулся, держа в руках толстовку.

— На, надень, — протянул мне. — Твоя куртка насквозь мокрая, не доедешь в ней.

— Но это же ваша...

— Надень, Лера, — повторил строже.

Послушно взяла толстовку, натягивая ее через голову.

Она была огромной на мне, рукава болтались, закрывая руки полностью, подол доходил почти до середины бедра. Я выглядела нелепо, наверное.

Но Вадим Дамирович смотрел на меня так, словно я была... красивой. Его взгляд прошелся по мне сверху вниз, задержался на том, как толстовка съехала с одного плеча, потом поднялся к лицу.

— Идем, — бросил коротко, разворачиваясь к выходу.

Я схватила свои ботинки, сунула в них ноги, не застегивая молнии, скрепка выскользнула из собачки, упав на пол, я не стала ее искать. Вадим уже надел свое пальто, накинул шарф, обулся в замшевые ботинки.

И мы вышли из квартиры. Молча. Пока лифт спускался на первый этаж, я стояла в углу, прижимая к себе куртку, старательно глядя в зеркальную стенку и избегая его взгляда. В отражении видела, как Вадим Дамирович смотрит на меня, не отрываясь. Но стоит неподвижно, засунув руки в карманы пальто.

Вышли на улицу. Мороз иголками ударил в лицо, я поежилась, глубже зарываясь лицом в толстовку. Вадим шел рядом, его рука легла мне на поясницу, направляя к черному внедорожнику на парковке.