Книга Приват для Ректора, или Возраст имеет значение, страница 162 – Рика Лав

— Пап, смотри, какой робот! — он дёрнул меня за рукав, указывая на витрину. — У него ракеты на спине! Он может летать в космос!

— После врача обязательно заедем в игрушечный отдел, — пообещал я. — Выберешь себе и робота, и динозавра, и всё, что захочешь.

— И книжку про планеты! — добавил Миша. — Там, где Сатурн с кольцами!

Лера, шедшая рядом и державшая меня под руку, рассмеялась. Её смех — вот то, ради чего я готов был объехать все торговые центры города. Я сжал её ладонь и повёл в первый магазин, няня и Миша подошли к киоску со сладостями.

В отделе верхней одежды Лера остановилась у вешалок и принялась несмело перебирать куртки, отыскивая те, что подешевле. Я наблюдал за ней пару минут, потом подошёл и решительно отодвинул её руку от бюджетной модели.

— Нет, милая, — я снял с вешалки элегантное пальто тёмно-синего цвета с поясом на талии и кашемировым воротником. — Вот это.

Ее глаза расширились при виде ценника.

— Вадим, оно слишком дорогое...

— Лера, — я с улыбкой развернул её к зеркалу и накинул пальто ей на плечи, аккуратно собирая пряди в ладонь. — Посмотри на себя, любимая, — ее губы приоткрылись от этого обращения. — Это тебе очень идет. Ты такая красивая, позволь себе носить то, что тебя достойно.

— Я не привыкла... к такому, — пробормотала она, разглядывая своё отражение.

— Привыкай, жаным, — я поцеловал её в шею, поправляя воротник.

Она покачала головой, но глаза её блестели, и в глубине зрачков я заметил тот огонёк, который появлялся каждый раз, когда она осознавала, что эта новая жизнь — реальность.

Для Миши мы выбрали тёплый пуховик с капюшоном, расшитым светоотражающими полосками в форме звёзд, и несколько кофточек. В отделе женской одежды я лично отбирал для Леры вещи, не слушая её робких возражений.

А когда мы дошли до отдела нижнего белья, я с усмешкой потянул её внутрь и снял с вешалки комплект из тёмного кружева, который, я знал, будет сидеть на ней идеально.

— Это откровенно, — прошептала она, краснея до корней волос и оглядываясь на других посетителей.

— Это красиво, — я приподнял ее подбородок, целуя в уголок губ. — Позволь мне увидеть тебя в этом сегодня вечером.

Она сглотнула и кивнула, пряча улыбку на моем плече в объятиях, а я ощутил знакомое напряжение в члене при одной только мысли о том, как это кружево будет скользить по её молочной коже.

Когда мы вышли из торгового центра, нагруженные пакетами, Лера выглядела почти счастливой. Почти — потому что впереди была клиника, и с каждым километром, приближавшим нас к медицинскому центру, её нервозность возвращалась.

Я вёл машину, одной рукой удерживая руль, второй накрыв её ладонь, холодную, несмотря на обогрев. Она смотрела в окно на заснеженные улицы и молчала. Миша на заднем сиденье тихонько напевал песенку про Лунтика и, кажется, совершенно не волновался. Няню мы уже отпустили, в клинике должна быть комната для детей.

— О чём думаешь? — я погладил большим пальцем её запястье.

— О том, что если он скажет то же самое... — она запнулась и глубоко вздохнула. — Если он скажет, что Мише все это время нужна была операция... что я упустила время... я не знаю, как я это переживу, Вадим.

— Мы справимся, — я поднёс её руку к губам и поцеловал костяшки. — Выше нос, моя хорошая. Впереди лучший специалист, какого я смог найти в нашем городе.