Книга Диагноз: так себе папа, страница 30 – Вероника Лесневская

Резонный вопрос.

Не может. Отчасти из-за меня.

— Долгая история, - шумно вздыхаю, опуская стекло.

Я жадно хватаю ртом свежий, насыщенный озоном воздух. Прислушиваюсь к шуму и голосам, начинаю переживать. Что они делают с нашим несносным москвичом? Надеюсь, не убивают...

Железные ворота скрипят, и я вытягиваю шею, ожидая увидеть избитого Власа, которого за шкирку вытащат амбалы и выбросят на дорогу, как в лихие девяностые.

— Ой, бли-ин! - вдруг ругается сын, неуклюже заваливаясь на руль.

Громкий автомобильный сигнал раздается на всю округу, и я вдруг осознаю, что исходит он от нас. Фил виновато зажмуривается и, не растерявшись, шустро пересаживается на пассажирское место, покидая "место преступления". Любочка подскакивает, пугается и начинает плакать. Спросонья она не понимает, где находится и что происходит, но замечает Воронцова на улице и что есть мочи вопит: «Па-а-апа-а-а!».

— Извините, Влас, вас дети ждут, - выходит следом за ним Правдин, довольный, будто джек-пот выиграл. - А я задерживаю вас своими глупостями.

— Почему же «глупости»? - с холодной вежливостью отвечает Воронцов, с беспокойством поглядывая на машину, где я лихорадочно пытаюсь унять хаос. - Перспективный проект. Кто бы мог подумать, что в сыне прокурора заключен такой творческий потенциал. Мне несказанно повезло сегодня ошибиться домами.

Он говорит размеренно, учтиво, но я чувствую, что неискренне. Что-то неуловимое проскальзывает в его уверенном тоне - легкий сарказм со стальными колючками. Благо, хозяин ничего не замечает, а буквально в рот ему заглядывает, ловит каждое слово.

Воронцов - ведьмак! Околдовывает каждого, с кем пересекается. Вот и прокурорский наследник пал под его чарами.

— Вы мне льстите, Влас. Однако я тоже рад нашему знакомству. Очень рад!

Кирилл хватает протянутую ему ладонь, трясет активно и воодушевленно. Воронцов терпит рукопожатие с напряженным видом, будто мысленно отсчитывает секунды. Кивнув сам себе, аккуратно высвобождает кисть.

— Всего доброго.

— До скорой встречи! Когда позвонить вам, Влас?

— Я сам свяжусь, как только моя команда все изучит.

Могу поспорить, что слышу нервный скрип его зубов и недовольное пыхтение, но внешне Воронцов - глыба льда. Нет, скорее, мороженое. Сливочный пломбир, вокруг которого, как ребенок, крутится Правдин, истекая слюной. Что Влас ему пообещал?

Они прощаются как старые друзья, по-мужски обнимаются и похлопывает друг друга по спине.

Под аккомпанемент хриплого смеха Воронцов подходит к машине, но за руль садится злой, как свора собак в прокурорских вольерах. В салоне мгновенно накаляется атмосфера. Фил на всякий случай вжимается в кресло, сливаясь с кожаной обивкой, Любочка затихает, и только я рискую подать голос:

— А что?..

— Ни слова, Маргарита Андреевна, мне надо остыть, - рычит Влас в унисон с ревом заведенного двигателя.

Махнув рукой счастливому Правдину, он бросает на заднее сиденье рядом с нами толстую, тяжелую папку с бумагами и трогается с места.

— Мне нельзя ехать впереди, - дотошно тянет Фил, когда мы выруливаем на трассу.

— Скажем, что тебе двенадцать. Пристегнись.

— Я писять хочу, - хнычет Любочка, ерзая на месте.

По салону разносится протяжный мужской вздох.

— Потерпите до заправки. Там и пересядете, и сделаете свои дела, - без психов и нервов уговаривает детей Влас, ни на секунду не повышая голоса.