Книга Диагноз: так себе папа, страница 131 – Вероника Лесневская

— Да хоть министр здравоохранения, мне насрать! В своей больнице я царь и бог. От тебя мне нужны не бумажки, а твои руки и голова. Надеюсь, все на месте?

— Аг-га, - заикается на эмоциях, часто кивает и как будто в подтверждение касается пальцами рыжей макушки.

— Тогда почему ты ещё не рядом с роженицей? Бегом!

— Слушаюсь, Герман Янович.

Медики уходят, забирая с собой моего оцепеневшего зятя, который ни жив ни мертв. Если честно, становится за него страшно, и я начинаю понимать слова Тихона. Может, он прав - и мужикам действительно нечего делать на родах.

Слабые мы создания, впечатлительные, и нервная система ни к черту.

Я остаюсь один в пустом коридоре, но ненадолго. После первых криков дочери, от которых мое отцовское сердце рвется на части, из родового бокса понуро вываливается белый, как стенка, Яр. Закрывает за собой дверь - и сползает по ней вниз. Усевшись на корточки, опускает голову и облокачивается о колени, свесив безвольные, трясущиеся кисти вниз.

— Меня Таюша прогнала, - жалуется он в пустоту. - Сказала, что не хочет, чтобы я видел… процесс, а ещё обматерила при схватке. Я и не подозревал, что моя девочка такие слова знает. Кажется, она меня ненавидит.

— Успокойся! - Я наклоняюсь к нему и треплю по плечу, чтобы привести его в чувства. - Тая тебя любит, болвана. Просто сейчас ей больно и страшно.

Очередной вопль доносится из палаты, и я вздрагиваю, как от разряда тока. Яр подскакивает на ноги, будто у него в заднице пружина сработала, и начинает нарезать круги по коридору.

— Я к ней никогда в жизни не притронусь, - бубнит себе под нос. - Больше никаких детей, - тормозит резко, едва не врезавшись в меня. - О, лучше, сделаю себе эту…. вазэктомию.

— Тьфу, ты! Баран таежный, - зло сплевываю. - Не мельтеши перед глазами. Иначе я тебе лично эту процедуру проведу. Без наркоза. Голыми руками.

— С вас станется, - приглушенно ворчит Яр, с опаской поглядывая на меня исподлобья.

За дверью слышится детский писк, похожий на мяуканье котенка. Мы с зятем многозначительно переглядываемся.

— Первый пошел, - произношу шепотом, улыбнувшись.

У Яра глаза на мокром месте, нос красный и желваки на скулах ходуном.

— Интересно, кто раньше - мальчик или девочка?

— Предлагаешь тотализатор открыть и ставки делать?

— Тьфу на вас, Влас Эдуардович, - возмущенно отмахивается он. - Вечно вы издеваетесь!

— Зато тебя отпустило немного, - нервно смеюсь, похлопывая его по спине. - Не дрейфь, полдела сделано.

После небольшой передышки Тая снова кричит, а следом раздается тонкий плач ещё одного ребенка. И благодатная тишина…

— Второй, - хором произносим мы с зятем, порывисто обнявшись.

Дверь распахивается, проехавшись по нам косяком, из бокса выглядывает Демин.

— Где ты там, двойной отец? Заходи знакомиться с детьми.

Довольный Яр летит к любимой Тае, которая ждет его с двумя младенцами на груди. Убедившись, что с дочерью все в порядке, я обессиленно падаю на лавку и запрокидываю голову, ударившись затылком об стену. На автопилоте набираю номер Марго.

— Влас, - зовет она взволнованно и нежно, а у меня улыбка до ушей и мокрые дорожки по щекам. - Почему ты не отвечаешь на звонки? Мы же переживаем! Где ты?

— Тая родила двойню, - с трудом выталкиваю из груди. Сердце заходится в радостной аритмии, а в горле пересыхает, как будто я все это время вместо с дочерью орал. - Теперь я дед.