Книга Диагноз: так себе папа, страница 116 – Вероника Лесневская

— Пусть, - безжалостно роняю. - Надеюсь, Давиду это пойдет на пользу, а его мать наконец-то осознает всю серьезность ситуации.

«Будьте вы прокляты», - буквы угрожающе скачут перед глазами.

Встряхнув головой, я отгоняю от себя истеричные вопли женской интуиции.

"Все хорошо! - повторяю как мантру. - Под контролем".

Это всего лишь ядовитые эсэмэски от бывшей свекрови, которая в ярости от того, что обидели ее сыночка ненаглядного. Давид был для нее всем миром, а я жалким приложением, выбившимся из-под контроля. Она игнорировала меня, когда я буквально кричала ей об опасности. Вместо того, чтобы повлиять на зависимого и инфантильного Давида, прикрывала его темные делишки. Несмотря ни на что, даже сейчас винит меня во всех бедах.

К черту эту проклятую семейку! Наконец-то я от нее избавилась.

— Вторая новость касается неблагополучной жены Власа Эдуардовича, - Кирилл спотыкается о мой гневный взгляд и тут же исправляется: - Первой… То есть бывшей, - теряется, судорожно подбирая формулировку. В итоге, полирует свою оплошность обворожительной улыбкой.

— Что с ней? - пресекаю его неловкие попытки оправдаться. - На прошлой неделе наша комиссия проводила у нее проверку. Ничего не изменилось - она так же злоупотребляет, не работает, снимает жилье, водит сомнительных мужчин. Соседи пишут жалобы, вызывают участкового, а ей плевать. Не понимаю, почему суд медлит с вынесением решения. Этой женщине нельзя отдавать дочь, - на нервах сжимаю карандаш в руке, и он трескается пополам.

Кирилл косится на меня с опаской, покашливает, отодвигается вместе со стулом. Я невозмутимо смахиваю остатки карандаша в урну для бумаг и мило взмахиваю ресницами, усыпляя свою внутреннюю Мегеру, которая пугает неподготовленных людей. С ней только Воронцов в силах совладать.

— Судью подкупили, - вдруг сообщает Правдин, и я снова вспыхиваю от злости. - Отец поручил проверить его счета, а там банковские переводы от некоего Макеева из Москвы. Не знаете, кто это?

— Влас знает.… Когда-то они были друзьями.

«Макеев добивается, чтобы я прекратил суды против него, но этого не будет», - вспыхивают в памяти откровения мужа, которыми он делился со мной на темной кухне в нашу первую настоящую брачную ночь. - «Мало того что он меня предал, с женой моей спал, так ещё и дочь решил поиметь. Кинуть на наследство, лишить ее всего и выгнать на улицу, когда я стану недееспособным».

Горько усмехаюсь.

Похоже, этот «друг» не остановится ни перед чем, лишь бы отравить нам жизнь. При этом Макеева совсем не смущает диагноз Власа. Наоборот, воодушевляет… Его ненависть не знает границ, а месть слепая и беспощадная. Он продолжает бить по самым уязвимым местам, покушаясь на наших детей. Ничего святого!

— Если друг оказался вдруг… - задумчиво протягивает Кирилл, будто прочитав мои мысли. - Судью отстранили от дела, а Воронцовой отказали в восстановлении родительских прав. Больше она вас не потревожит.

Вдох. Задерживаю дыхание. И широко распахнутыми глазами смотрю на самодовольного прокурорского сына. Для меня он сейчас сродни Деду Морозу. Впрочем, это скорее старший Правдин творит чудеса, поощряет тех, кто хорошо себя вел, и наказывает плохишей, а младший… рождественский олень, который привез мешок с подарками.

Я счастлива, как маленькая девочка, которая до сих пор верит в сказки.