Книга Одержимость Хищницы, страница 17 – Карина Волк

Вздрогнула и, широко распахнув глаза, судорожно осмотрелась по сторонам. Боже! Уснула.

— Доброе утро, прекрасная спящая красавица, – внезапно раздался ослабленный голос Дмитрия.

Медленно перевела глаза и мгновенно столкнулась взглядом с глазами мужа. Изнурённый, уставший, но живой. Слава богу, живой!

Меня разъедали противоречивые чувства. Хотелось прыгать от счастья и, одновременно, кричать, ругаться, рвать на себе волосы. Дима, бесспорно, герой. Настоящий офицер, который, прикрывая девушку, рисковал своей жизнью. Гордилась им…Бесспорно, гордилась. Но, параллельно, люто ужасалась. Он подумал о совершенно незнакомой девушке, совершенно позабыв обо мне…Он хотя бы на миг подумал, что я буду делать без него? Как жить? Боже! Да без него я жить не буду, а именно существовать…

— Что ты делаешь? – Строго уточнила, когда заметила, как Дима пытается приподняться.

— Любуюсь тобой.

Изобразила негодование и строгим, уверенным шагом приблизившись к нему, продолжая терзать себя обжигающими размышлениями. Что сделать? Расцеловать или надавать по башке…

Слегка наклонилась и поцеловала. Потом будем разбираться. Пока Диме нужна ласка и нежность.

— Пожалуйста, не делай резких движений.

— Хорошо. Не буду, – прошептал супруг, трепетно целуя мои руки. – Можешь дать мне воды. Во рту всё пересохло.

Улыбнулась и налив в стакан воды, бережно придерживая больного за голову, помогла осушить горло.

— Спасибо.

— Пожалуйста, – кратно ответила.

Обессиленно вздохнула, не желала тревожить супруга, но в проницательности Димке не было равных, он читал меня, как распахнутую книгу, не прикладывая особых усилий. А вот я данного дара была лишена. Так сложно узнать, о чём он думает именно в данный момент!

— Милая, ты устала. Иди. Отдохни. Со мной всё хорошо. Правда.

Поморщила нос.

— Ты что от меня избавиться хочешь?

Мужчина одарил меня обезоруживающей улыбкой.

— Нет, родная. Конечно, нет. Ты мой ангел-хранитель. Знаешь, когда проводили операцию, готов поклясться, что, даже находясь под наркозом, слышал твой голос.

Немного напряглась, вспоминая, что, когда мне позволили посетить Дмитрия после операции, отчётливо слышала, как он произносил имя «Катерина». Вполне возможно, что ошиблась. Голос звучал слабо. Ладно. Всё потом…Потом…

— Дима, я совершенно не устала.

Муж немного сузил глаза.

— Устала. И я это вижу.

Боже! Он неисправим. Только-только пришёл в себя после операции, а думает прежде всего обо мне.

— Я остаюсь. И не смей спорить со мной. Это приказ. А теперь пойду позову медсестру. Тебе завтрак принесут. Хорошо.

Мужчина капризно замотал головой.

— Нет, Ксюха. Я не хочу есть. Тем более больничную еду. Может, ты пойдёшь домой. Отдохнёшь. А вечером мне ужин принесёшь, – «лукавый, милый мошенник» умело растапливал женское сердце, упрямо выдворяя меня за пределы военного госпиталя.

Снисходительно хохотнула.

— Хорошо. Поеду домой. Только вот обед и ужин тебе привезу. Но после того как увижу, что ты позавтракал. Дима, – серьёзно обратилась к мужу, – тебе нужны силы.

Дмитрий, осознавав, что спорить бесполезно, робко помотал головой.

— Ладно. Пусть будет по-твоему, мой генерал.

Победно заулыбалась, одержав небольшую победу.

— Димка, ты у меня настоящий герой. Защитил девушку, но, пожалуйста, береги себя. Я же умру без тебя. И я нисколько не преувеличиваю.