Книга Между Любовью и Страстью [Первая книга], страница 34 – Карина Волк

Александра недовольно нахмурилась, но возражать не стала, позволяя мне говорить.

— Родителям свойственно интересоваться и принимать участие в жизни детей любого возраста. Но если дети тяготятся таким их желанием и называют это участие «вмешательством», то стоит приостановить себя и не надоедать взрослым детям, чтобы совсем не нарушить духовную связь. Порой родителям очень трудно это себе сказать: «Остановись, у них своя жизнь!». Для этого требуются определённые усилия и работа над собой.

Александра не сдержалась и уже приоткрыла ротик, чтобы мне возразить, но я мгновенно прижал палец к её пухлым устам, девочка смущённо захлопала длинными, кукольными ресницами.

— Тише, Саша. Дай мне договорить. Хорошо?

Вавилова кивнула. Неспешно убрал палец от её губ, непроизвольно зафиксировав внимание на её нежно-розовых устах.

Вздрогнул, стремясь отойти от колдовского дурмана, напоминая самому себе, что передо мной младшая сестрёнка моей старой, доброй подруги. Ничего не могу к ней испытывать, тем более сексуального влечения. Слишком маленькая и неопытная. Серый воробушек.

Нервно сглотнул, скрывая своё влечение, даже от самого себя.

— Но чаще всего, родители, обуреваемые любовью и беспокойством, и чувством, которое вынесли ещё из того периода, когда дети были маленькие, не дают себе труда сдерживать себя, потому что им в голову не приходит, что их звонок может быть не вовремя. Не потому, что они беспардонны, а потому что все их действия продиктованы для них самих любовью, поэтому они всегда себя оправдывают.

Постепенно Александра начала прислушиваться к моим доводам, по крайней мере, враждебности с её стороны не наблюдалось.

— Но, разумные родители, вовремя спохватываются, и тогда им удаётся сохранить привязанность детей и потребность выговориться, поделиться с родным человеком у детей до своей глубокой старости. Короче, расслабляться родителям нельзя никогда, всё необходимо держать на контроле. Но в первую очередь поставить под жёсткий контроль себя в отношении взрослых людей.

Нет ничего страшнее, если надоел собственному взрослому ребёнку, мне кажется. Но последнюю фразу не стал озвучивать вслух.

— Игнат, ты закончил свою браваду?

Безмолвно кивнул, чётко слыша дерзкие нотки в её мягком голоске.

— Теперь позволь мне сказать.

— Пожалуйста. Теперь я готов тебя выслушать.

Возможно, я ошибался, и Саша не такая уж серая посредственность, завёрнутая в дорогую упаковку.

— У меня есть свои причины, по которым я хочу стать твоей женой. И аргументы родителей для меня важны, но не являются основополагающими, — изысканно и по-деловому пояснил она. — Ты вынужден на мне жениться. И у тебя для этого гораздо больше причин.

Молодец. Ловко маневрировала, шла напролом.

— Ты сможешь расширить свой бизнес. Усилишь позиции. Авторитет моего отца сможет покорить тебе новые вершины. Мне же нужно лишь одно, чтобы меня наконец-то оставили в покое и позволили спокойно и безмятежно заниматься любимым делом, — равнодушно констатировала она, откровенно намекая, что наш брак позволит ей выбраться из-под родительского крылышка, обрести желанную независимость.

Вопросительно приподнял брови.

— И ты совершенно не нуждаешься в любви? Тебе безразлично, что я ничего к тебе не чувствую.

На миг девочка застыла…