Книга Его ботанка, страница 33 – К.О.В.Ш.

Как бы Оля ни ездила ему по мозгам, он все еще «не взялся за ум». Наверное, дело было в том, что подсознательно он надеялся, что все это временно. И в то же время понимал, что вот это все – его новая реальность, с которой предстоит смириться и ужиться. Ему нужно начать серьезнее относиться к учебе в этой шарашке, но сама эта мысль вставала костью поперек горла.

— Видел, Сережа сделал новый чат? – прошептала Лена, закончив раскладываться.

— Ага, больше чатов богу чатов, – фыркнул Мирон. – Ты счастлива? Ботанку зовут не просто на пати, а на афтепати.

Лена была так рада тому, что ее приняли в тусовку, что пропустила мимо ушей ненавистное «ботанку» и откровенную насмешку в его голосе.

— Готов принимать благодарности, – продолжал ехидничать Мирон. – Может, поцелуешь своего парня? Он же так постарался ради тебя, – предложил он, весело поиграв бровями.

Лена воровато огляделась и, убедившись, что на них никто не смотрит, показала Мирону язык.

— Ладно, Марушкина, раз ты такая ханжа, можешь просто признать, что я гениален. Этого будет достаточно.

— Я не ханжа, – шикнула Лена, – но никаких поцелуев.

— Бережешь их для своего ненаглядного? – хихикнул Мирон.

— А если и так?

Мирон уже готовился выдать ответную шпильку, но вдруг увидел в зеленых глазах Лены что-то, что заставило его замолчать. Она не шутила, а говорила абсолютно серьезно. Это обескураживало.

Он вытащил из рюкзака бутылку воды и сделал несколько крупных глотков скорее для того, чтобы потянуть время, чем потому что действительно хотел пить. А потом он все-таки встретился взглядом с Марушкиной, которая неотрывно смотрела на него все это время, ожидая его реакции.

— Тогда сочувствую тебе, – только и сказал он. – Сереня явно не то, на что стоит тратить свое время.

— Тебе откуда знать? – надулась Лена. – Ты с ним разговаривал раза два от силы, не больше.

Мирону этого было достаточно, чтобы почувствовать: Сережа – так себе человечек и явно с гнильцой. А еще было очевидно, что Лена не станет его слушать. Да и вообще, по большому счету, это его не касалось. Личность Сережи – проблема Лены, раз уж она непонятно почему на него запала, но никак не его. Ему нужно, чтобы Марушкина помогла ему разрулить косяки с учебой, не более.

— Знаешь, а ты права, – наконец сказал он. – Я действительно не могу знать, просто у меня чуйка на людей.

— Аргумент, однако, – не скрывая скепсиса, буркнула Лена. – Если уж обвиняешь кого-то, то приведи аргументы, факты, а не опирайся на какую-то там чуйку.

Мирон молчал. Он не собирался откровенничать и делиться тем, как однажды проигнорировал схожее ощущение, доверился не тому человеку, а по итогу оказался в заднице. Марушкиной эта информация была ни к чему. А ему самому хотелось как можно скорее об этом забыть. Поэтому он решил не развивать тему и не препираться, а сделал вид, что его очень волнуют темы докладов, которые распределяла Мария Анатольевна.

— Ты же пойдешь со мной в клуб? – вдруг тихо спросила Лена, испугавшись, что теперь Орлов передумает ей помогать. Она не хотела идти без него. К тому же Юля просила устроить так, чтобы Мирон был и на афтепати.

— Зачем я тебе там? Будет Савин и твоя Никитина, так что…

— Мне так будет спокойнее. Вдруг я опять… ну, передумаю в последний момент? – нашлась Лена.