Книга Его ботанка, страница 100 – К.О.В.Ш.

— Лена… – Мирон мягко прикоснулся к ее щеке, но она резко отвернулась, не позволяя ему касаться себя. – Лена, – повторил он, делая шаг к ней, разбивая дистанцию между ними. – Прости.

Она шумно втянула носом воздух, когда его пальцы еле ощутимо скользнули по ее шее. Прикосновение было обжигающим, почти болезненным, потому что она не понимала, что за ним стоит, но ей не хватило сил отвернуться или оттолкнуть его.

Было слишком хорошо полной грудью вдохнуть запах Мирона и почувствовать его пальцы на своей коже.

— Зачем? – повторила она, заглядывая ему в глаза. – Зачем тебе знать про мой синяк, если ты даже не смотрел на меня?

Ее голос был таким отчаянным и дрожащим, что Мирон не выдержал. Не мог он гнуть свое, когда видел Лену такой. Он ушел, чтобы не причинять ей боль и не давать ложных надежд, но ей все равно было больно.

— Мне не нужно смотреть на тебя, чтобы видеть, – прошептал он, нежно погладив ее щеку. – Ты ведь не выходишь у меня из головы.

Лена застыла, услышав это признание. Оно огнем разлилось по телу, поджигая нервные окончания. Она видела, как смягчился его взгляд, чувствовала его легкие прикосновения и никак не могла поверить в его слова.

Они ничего не объясняли, наоборот, только сильнее все запутали.

— Я не понимаю. – Лена нервно сглотнула. – Почему тогда ты ушел?

— Не хочу портить тебе жизнь, – честно ответил Мирон, отстраняясь. – Я уже и так испоганил все, что мог. Нет, – он накрыл губы Лены пальцем, не давая ей возразить, – ты не знаешь, как это будет. А я знаю, я уже проходил это. С меня хватит.

— Я не понимаю… О чем ты говоришь?

— Это неважно. – Мирон нахмурился, всем видом показывая, что не станет развивать тему. – Я ответил на твой вопрос. Теперь твоя очередь. Как это вышло?

Он кивнул на ее руку. Лена прижала ее к груди, словно это могло защитить ее от его пронизывающего взгляда. Она была в жутком смятении: слова Мирона не внесли вообще никакой ясности, ни на грамм. Наоборот, стало еще хуже. Внутри нее расцветала надежда на то, что они смогут все решить, если он откроется ей и скажет правду, но Лена боялась, что он не захочет этого, потому что уже все для себя решил.

И все-таки она не могла не ухватиться за соломинку.

— Я расскажу, – кивнула она. – А вечером ты расскажешь мне, почему тебя выкинули из секции. Ты обещал.

* * *

Мирон сидел на лавочке возле подъезда Сережи, ждал, когда тот удосужится отреагировать на его сообщение, и думал о том, как все циклично. Полгода назад он поклялся, что больше ни за что не окажется в подобной ситуации, но у судьбы интересное чувство юмора – она не оставила ему выбора и привела в квадрат один.

Он снова пришел вписаться за девушку, которая ему дорога.

Мирон даже мысленно не позволял себе называть Лену своей девушкой, хотя ему очень этого хотелось. Если он это сделает, то сдастся. Он и так раз за разом ей проигрывал – увидев Ленины слезы, он не смог стоять на своем. Не смог придерживаться первоначального плана быть отстраненным и холодным, когда видел, что она в нем нуждается. Не мог выкинуть из головы то, что Савин посмел касаться ее против воли.

Так знакомо. И все же в этот раз все по-другому. Точнее, Лена другая.

Она спокойно пересказала ему разговор с Савиным, объяснила, что синяк – нелепая случайность, но, что важнее всего, она изначально отказалась участвовать в его плане с ревностью. Мирона, конечно, не удивило, что Сереня – тот еще интриган, он ждал от него подвоха. Поразительным оказалось то, что у него правда были чувства к Никитиной. Кто бы мог подумать. И все-таки это не оправдывало того, что он полез к Лене с этой фотографией, сделанной исподтишка.