Книга Развод в 45. Любовь генерала, страница 51 – Полина Измайлова

И не уверена, что буду на втором. У него же есть дети от первого брака? Про сына он рассказывал и дочь, вон какая бойкая девица.

А быть на третьем… Ну, такое себе.

Да и вообще, с чего я решила, что у генерала всё это серьезно?

Потому что он пытается это показать? Ясен пень пытается!

Ему же нужно меня заполучить. Он будет добиваться всеми правдами и неправдами. Вести себя примерно, подарками заваливать, “обволакивать фразами” — как в кино говорится.

Сам же сказал, будет добиваться, пока не сдамся. А я ведь сдамся. Ну как не сдаться такому?

Сдамся и буду жалеть.

Или не буду. Если сердце не затронет.

Если чисто так, для здоровья, для самоутверждения — просто прекрасно.

Но я же понимаю, что со мной так не будет. У меня так не будет.

Не смогу я для здоровья. Только не с ним.

Уже не смогу.

Потому что он уже меня волнует.

Он уже нравится.

Я уже хочу сдаться.

Что же мне делать?

Что делать, Лисицына? Домой надо ехать, Эва, домой, подальше от мускулистых сильных генералов, которые целуют так сладко.

Да, мы целовались.

Вчера, когда он меня до номера провожал.

В коридоре. Сначала руку поцеловал, потом…

— Эва…

Притянул осторожно. Разрешения не спрашивал, но был готов отпустить, если бы я начала сопротивляться.

Я не начала.

Я хотела, чтобы он поцеловал.

Хотела запомнить как это — целоваться с таким мужчиной, когда он тебя хочет. А он хотел и сильно, там у него, у бедного, всё каменное было, как ракета в полной боевой готовности.

Можно было над ним сжалиться и дать прямо вчера, прямо в оплаченном им же номере люкс, но…

Разве ожидание не делает секс еще слаще?

Пусть пока потерпит генерал.

А я подумаю, зачем мне всё это надо.

С утра получаю сообщение — “Не проспи завтрак, Лисица”.

Хм, Лисица, а мне нравится!

Никто меня так не звал раньше, девичья фамилия у меня Тимофеева, ну, звали Тимохой, конечно, в школе. Лисицын у нас Андрей, он меня лисой не называл, рыжиком — бывало, а так — зая, кисуля, Эвочка…

Лисица. Что ж, надо идти завтракать. Собираюсь быстро, мысли в голове крутятся — отпустят ли реально Демида? Смогу я с ним встретиться? Надеюсь всё-таки, что мой генерал не пустобрех.

Ох, Эва, Эва — он уже и твой?

Улыбаюсь своим мыслям, ну, пусть, хоть ненадолго? Помечтать нельзя?

Конечно, такой мужик вряд ли будет принадлежать одной. Такие обычно, хм, общественные. Может, я, конечно, зря так думаю. Но я видела, какие взгляды на него бабы бросают.

Да и сын сказал, что Зимин — бабник. А как не быть такому бабником-то? Наверняка ведь тут все готовы? И при власти, и красавец-мужчина. Как отказать?

Отказывают только такие, как я.

Дуры.

Захожу в ресторан и застываю, сразу заметив знакомую фигуру. А не заметить его нельзя, еще и в форме. Хорош, гад.

Улыбается, встает, идет навстречу, игнорируя официантку, которая что-то ему принесла.

— Доброе утро, Эвелина Романовна.

— Доброе, Олег Янович. Вы тоже тут столуетесь?

— Решил составить вам компанию, обычно нет, дома ем.

— Сами готовите?

— Готовлю и люблю это дело. Вообще, считаю, что кухня — это вотчина мужчины.

— Неужели? Интересно.

Всегда мечтала, чтобы мой мужчина умел готовить, увы, Андрею было не дано, или не хотел? Сын, кстати, умеет.

— Здесь для вас завтрак на заказ, шведского стола нет, постояльцев не так много.