Онлайн книга «Развод в 45. Любовь генерала»
|
Дверь он открывает бесшумно и смотрит на Демида сжав челюсти. — Я ничего не собираю. И мать свою вам трогать не позволю! — Ишь какой, не позволит он! — Вы бы… Вы бы за дочкой своей лучше следили! Связалась с идиотами… — Что ты сказал? Да ты… — Только попробуйте его тронуть! Офицер еще! Встаю, грудью защищая свое сокровище. — Так, ясно. Свидание окончено, котлеты доедай, а я пока поговорю с твоей матерью. Пойдем, Эвелина Романовна. — Никуда я с вами не пойду. — Хочешь, чтобы он тут год сидел? — Вы просто… шантажист! — Есть такое дело. Пошли. Выхожу из комнатушки, где разговаривала с Демидом. Красная как рак. И злая как собака! Иду за Зиминым, сверлю его спину взглядом, раздумывая, чем бы его таким огреть! Мы выходим из приземистого здания, идем к другому, более новому, можно даже сказать, стильному. Значит, тут у нас служат генералы? Поднимаемся на второй этаж. Перед кабинетом сидит молоденькая куколка в форме. — Товарищ генерал, там… — Я занят, меня ни для кого нет. Никого не пускать. Ишь какой суровый! Наглец! Он закрывает дверь на ключ и… и тут же прижимает меня к стене. — Соскучился по тебе, Лисичка… И впивается в мои губы. Боже мой… Глава 23 Зимин Сказали бы мне пару месяцев назад, что я буду творить! Посмеялся бы. И перекрестился. Да, на моей службе в Бога уверуешь быстро. Особенно, когда вражеская пуля застревает в иконке, которую мама спрятала на груди. Или когда кажется всё, кранты! Выхода нет, окружили, и у тебя последняя граната, чтобы подорвать себя и грязных наемников. Ты лежишь в степи с товарищем, вы смотрите друг другу в глаза, молитвы читаете, а духи проходят мимо, словно слепые. Не смотрят в вашу сторону. Не видят. А потом прилетает вертушка, и вы отправляетесь домой, на базу. Да, да, такое тоже бывало. Может, некстати я вспоминаю. Но в полях молитвы помогают. А вот с женщинами… Вернее, с этой, конкретной женщиной… Я долго ржал, когда узнал ее фамилию. Лисицына! Твою ж дивизию! Лиса, черт возьми. Реально, так, как она со мной, уже лет десять никто не говорил. Обычно женщины заискивают, обольщают, стараются быть нежными и ласковыми. Ну, по морде точно никто не бьет. Лисица… А сына защищала как тигрица, не меньше. Вот только… Парень ее уперся рогом. Хотя я лично с ним говорил. Просил сам. Да. Понимая, что в этом случае мне точно общаться с ней больше не светит — говорил! Просил. Мог бы я отправить его обратно на учебу? Конечно мог. Документы лежали у военкома. Связаться с универом, где парень учился — как два пальца… Но этот Демид — крепкий орешек. Весь в мать. Потому что отец там, как я понял, тот еще лох педальный. Есть у меня особенность — я умею разговорить человека. Заставить признаться мне в самом сокровенном. Всё выдать. Недаром я стольких языков и шпионов раскалывал. Не знаю как. Чутье природное. Просто понимаю, куда надавить. На какую именно мозоль. — Отец ей уже изменял. Мама чуть не умерла, у нее опухоль нашли, а он… Нет, он тогда раскаялся, помогал. Рыдал. — А что она? — Простила. Любила она его. — Считаешь, зря? — Тогда я думал, что это хорошо. Хорошо, что они вместе. Он уверял, что больше не повторится. — Конечно… — опускаю голову и усмехаюсь. Все так говорят. Кто не может свой член в штанах удержать. “Больше не буду”. Как же. |