Книга Покорить разведенку. Укротить генерала, страница 39 – Полина Измайлова

Отправляю сына в душ и спать.

— Харитон, я тебе, наверное, в гостиной постелю.

— Мам, – Женька выглядывает из ванной, – да идите уже вместе в спальню, чего там, я ж не маленький, понимаю!

— Ты давай это, понимает он, – обрываю сына, хмуря брови, – мы уж как-нибудь сами… разберемся.

— Ну, что ты, Лидушка?

— Разберемся, разберемся, товарищ генерал.

Улыбаюсь, потом подхожу ближе, проверяя, что Женька не видит, кладу руки на грудь, к губам тянусь.

— Лид, между прочим, устами младенца глаголет истина!

— Неужели? Поэтому ты решил устроиться в моей спальне?

— А почему нет?

А и правда, почему?

В душ отправляю сначала генерала, потом сама иду.

Мысли шальные.

Что я творю?

На самом деле не слишком ли торопим мы события? Это понятно, притяжение.

Он ведь мне тоже сразу понравился как мужчина, несмотря на его поведение.

Но я же уверена была, что совсем не готова.

Ни к чему.

Даже к разовым каким-то историям.

А тут сразу… Признание в любви, предложение вместе жить.

Но ведь мы реально не молоды.

Есть ли смысл чего-то ждать?

Выхожу из душа, генерал лежит на моей постели.

Краснею, как институтка.

— Лид, если ты не хочешь, не можешь, ничего не будет.

— А если я хочу и могу?

— Ну… тогда нужно подумать о шумоизоляции или лечь на пол.

— Почему?

— Кровать у тебя… уж больно скрипучая…

Смеюсь, а потом оказываюсь в его медвежьих объятиях…

— Какая же ты у меня маленькая, Лидушка… Как же ты…

— Что?

— Знаешь… Я вот смотрю на тебя, а перед глазами та сцена из фильма. “В бой идут одни старики”, смотрела?

Киваю, чувствуя в горле ком.

— Помнишь? “То, что эта девочка на войне”… Вот так и я думаю, как же ты там? Такая хрупкая, такая…

— Я не думала об этом. Я сначала думала о том, что сына спасаю, а потом… Потом старалась спасать тех, кто рядом. Кого могла.

— Лида…

— Там… в плену… знаешь… Мне казалось, что если я вернусь домой, то никогда, никого и ничего не буду бояться, и обязательно буду счастливой. Просто жить буду.

— Лид… я… я не должен был быть там. Меня… меня подставили.

— Я знаю. Я уже всё поняла.

— Но я считаю, что я виноват. Потому что вовремя не понял то, что должно случиться. Так что… всё это, с тобой, из-за меня. И ты вольна меня ненавидеть.

— Я больше не хочу ненавидеть, Харитон. Я любить хочу…

Миронов

Любить. И я хочу любить. И Люблю. Вот так, с большой буквы, жадно, остро. До самого донышка люблю.

И в ту ночь люблю, и в следующие.

Из санатория выписываться пора. Что мне там? Чувствую себя не просто здоровым, а настоящим богатырем. Халком. Полным сил.

Горы могу свернуть.

И придется сворачивать.

Это я уже понял.

Главное, чтобы Лида была рядом.

Она мной теперь и как доктор занимается. Рекомендовала массаж и спорт. Массажистка – какая-то ее приятельница. Тоже из военных.

Приходит делать массаж, и я обалдеваю.

— Ольга?

— Здравствуй, Харитон.

Женщина искренне улыбается, а я в недоумении.

— Какими судьбами?

— Да самыми простыми, работаю.

И говорит так просто. Жена генерала работает?

Нет, конечно, жены генералов работают, и моя Лида, когда моей женой станет, свое дело точно не бросит. По крайней мере до декрета.

А то, что в декрет мы пойдем – я не сомневаюсь.

Но чтобы жена генерала была простой массажисткой?

Да еще, хм, простите, мужиков всяких в санатории пользовала?