Онлайн книга «Развод в 42. Верни меня, мой генерал»
|
В доме мой муж, вернее, тот, кого я двадцать лет считала своим мужем. Любящим меня, достойным. Хорошим. В доме муж, его родители и его любовница. Прямо сейчас они сидят в столовой, мебель и дизайн которой помогала выбирать я, пьют чай из моего сервиза, едят шарлотку, которую я испекла вчера. Это нормально? Смотрю на участкового, который отводит глаза. — Что? — Светлана Владимировна, вы же сами понимаете. — Что я должна понять? — Что ваш… в общем… ваш муж, его отец… — Ясно, не продолжайте. А если я подам встречное заявление? Заявлю, что меня избили в моём же доме? Что всё подстроено? Что в нашем городе процветает коррупция? Сергей как-то гаденько усмехается. — Подавайте. Глава 4 Глава 4 Подавайте. Попробуйте, да, когда надо подать заявление на жену мэра. На даму, которую в нашем городе боятся, потому что знают, что она малоадекватная. Нет, достаточно долгое время Римма Марковна умело маскировалась под приличную женщину. На людях. Дома-то со мной она давно не церемонилась. Ну, если только вначале. Потому что вначале и Андрей мой был совсем другим. С амбициями, с перспективами, с желанием оторваться от родового гнезда, работать, кем-то стать. И он меня любил. Я знаю, что тогда он поставил матери ультиматум. Или позволите жениться на Светлане или уйду из дома, и вы меня не увидите. Да, да, такое было. И были злые слова свекрови, произнесённые тихо, украдкой – всё равно разведу. Это не мне было сказано, но я услышала. Просто, в том состоянии в котором я была – мне было всё равно. По мне таким катком проехались, такие люди, что слова мамы Андрея на меня никакого действия не возымели. Да и кто она была? Жена бизнесмена средней руки. Тогда. Это теперь вот… «мэрша». Двадцать лет назад я бежала от гнева и ярости совсем других людей. Соболь… До сих пор от этой фамилии в дрожь кидает. До сих пор иногда нет-нет, да снятся кошмары. Александр Соболь. Красавец военный. Внешне – киногерой. Да и внутренне. Был Сашка героем, был. И любил меня. Сильно. И я его. Его вообще нельзя было не любить. Эти серые глаза, улыбка. Ямочки на щеках и на подбородке. Смех. Голос. Его руки… Это было с первого взгляда. Сразу. Как в омут. Я даже не представляла, что так бывает! Влюбилась так, что дышать не могла. И он. Он тоже любил. — Лана… ты необыкновенная, неземная моя девочка. Люблю тебя. — Сашка, и я… я тоже тебя люблю! Любил… и женился бы. Только… Его семье я тоже не пришлась ко двору. А там были такие люди, против которых я точно ничего тогда не могла сделать. Дед в Министерстве обороны, бабка в Министерстве внутренних дел… И я, нищая студентка, у которой поддержки только больная мама и старенький дедушка. — Где он тебя только откопал… «медичка»… - эти слова и тон его бабушки я на всю жизнь запомнила. И другие слова, страшные. И ультиматум, который мне поставили. Жизнь моей матери, моя жизнь, жизнь моих нерождённых детей. Или любовь. Я не предавала его. Нет. У меня просто не было выбора. Поэтому Саше сказали, что я погибла. А я всем говорила и говорю, что погиб он. Я запретила себе думать о нём. Запретила искать. Запретила чувствовать. Боль тогда была такой, словно у меня сердце внутри на куски развалилось. Просто вдребезги. Мне было двадцать лет. И я перенесла микроинфаркт. |