Онлайн книга «Развод в 42. Верни меня, мой генерал»
|
Был дикий страх за свою жизнь, за жизнь мамы, деда, за жизнь нерождённых детей. Сейчас… не думаю, что бабка и дед Соболя до сих пор имеют такой вес, такое влияние. Наверняка они уже не работают, да и связей тех бывших скорее всего нет. Ну и сам Саша… Теперь он генерал. Сам может кого угодно… И меня тоже может. Меня, но не детей. Уверена, случись что со мной он поможет им. Он их не оставит. — О нём думаешь? – подруга спрашивает тихо. Я киваю. — Хочешь его найти? О детях рассказать? Вовка твой, конечно, вылитый… Да, Вовка так сильно похож на отца. Да и у Санечки тоже его черты. Ямочки, глаза… Хот я все говорят, что дочь – моя копия. Это просто они настоящего отца не видели. Настоящего отца. Думай, Лана, думай. Что делать? Как поступить? Что-то подсказывает, что помочь Соболя лишней ой как не будет. Сейчас только осознаю, что враги у меня снова довольно могущественные. Мэр города. Пусть небольшого, но всё равно. Тут мой свёкр, Геннадий Алексеевич царь и бог. Его боятся. Его поддерживают. Поддерживает местный криминалитет прежде всего. Да, да, это я тоже знаю. Геннадий их ставленник. Нет, это не значит, что у нас в городе один криминал, нет. Сферы давно поделены и никому не хочется нового передела. Поэтому Геннадий Усольцев сидит на верхушке крепко. И может делать почти всё, что хочет. И Римма Марковна ему под стать. И бизнес Андрея на высоте только потому, что его отец – мэр. Так бы конкуренты его давно сожрали, потому что, положа руку на сердце, бизнесмен из моего мужа вышел хреновый. — Лан, слушай, я тут подумала… Надо действовать здраво. Тебе, конечно, ссориться с Усольцевыми, учитывая их статус – не самая хорошая идея. — А что делать? Молча уйти? — И молча уйти тоже нельзя. Почему ты должна уходить? Тут думать нужно. Связаться с адвокатом. И… может, тебе действительно найти этого твоего, Соболя? Найти Соболя… В сердце вспыхивает надежда, которая тут же гаснет. Ну вот, я его найду. Дальше что? Что я ему скажу? Твоя родня угрожала мне, пыталась уничтожить? Поэтому я пошла на этот шаг и обманула тебя? Поэтому я двадцать лет прятала детей? Двадцать лет. Разве такое можно простить? Двадцать лет… Наверное, я бы умерла, или сама убила бы того, кто вот так подло со мной поступил. А он… «Я ненавижу ложь, Лана. И предательство. И подлость. Это самые страшные грехи для меня. Их нельзя оправдать». Я помню, как он говорил мне это. Очень хорошо помню. — Я не знаю, что мне делать, Алис. Пока не знаю. Но… — Это знак, да? — Что? – смотрю на подругу, которая словно мысли мои прочитала. — Знак! То, что именно вчера ты его увидела, понимаешь? Это точно знак! Ты должна его найти. Ты должна всё ему рассказать. — Алис, он… — Ты была не виновата, понимаешь? Тебе было двадцать! Тебе угрожали, тебя запугали! Вообще, чудо, что они реально тебя не убили. Это чудо, да. Я много об этом думала. Куда проще было бы меня просто… А может… может тут был какой-то их тайный план? Если бы Саша им не поверил? Если бы он стал меня искать? Они могли бы представить всё так, как будто я сама захотела вот так скрыться, уехать, спрятаться. Я ведь взяла у них деньги… Это самое страшное. Это то, от чего меня бросает в дрожь. Отчего съедает дикий стыд. Я взяла их поганые деньги. Но у меня умирал дед. У меня мама тяжело болела. Я была беременна. |