Книга Настя. Горячая штучка, страница 73 – Тайна Ли

А если он вдруг умрёт⁈ Эта мысль болью прострелила сердце.

Настя взвыла волчицей. Раз за разом она билась лбом об стену, наказывая себя за глупость и безволие. Под руки попалась какая-то ткань. Долой! Что-то загрохотало, и ей это понравилось. Она не глядя взмахнула руками, сдёрнув на пол что-то ещё. Задыхаясь от тоски и безнадёжности, она крушила всё вокруг, постепенно продвигаясь на кухню.

Звон разбитого стекла звучал музыкой для измученной души. Ничего толком не видя от слёз, она расшвыривала посуду, сметала всё со столов и остервенело топтала ногами. Соседку Настя опять не заметила, как и бригаду скорой помощи. Фельдшера ловко скрутили беснующуюся девушку, сунули под нос нашатырь, а потом вкололи лекарство.

Когда началась истерика, она даже не разделась, и поэтому паспорт с полисом оказались под рукой. Настя ошалелым взглядом смотрела на нежданных визитёров, совершенно не понимая, что происходит. Вопросы медиков не доходили до её сознания, да и соседку она слышала глухо, как из бочки.

— Бедняжка, на неё всё одновременно навалилось: любимый муж бросил, а уж как она его облизывала! — объясняла фельдшерам пожилая женщина. — Потом бабушка слегла и вот на днях умерла.

— Я так понимаю, в больницу она не поедет? — спросил один из мужчин.

— Не понимает она вас, вон взгляд какой пустой, — соседка всплеснула руками.

— Из родственников кто-то у неё есть?

— Не волнуйтесь, касатики, я посижу с ней. Ох, как бы чего не вышло.

— И правильно, соседи должны помогать друг другу.

— Вы уж извините, сама бы я не справилась, а она так плакала, так шумела.

— И правильно сделали, что вызвали, — эти слова прозвучали немного чётче. — Отоспится и всё будет хорошо…

Насте так не казалось. Отчаяние прорывалось даже сквозь обволакивающую мозг апатию. Под утро ей приснился Олег, лежащий в бабушкином гробу. Василий со скорбным лицом поправлял многочисленные венки. Она проснулась на мокрой от слёз подушке, с желанием никуда и никогда не выходить из дома. Одну семью Настя уже потеряла, а вторую просто не сможет создать.

Такие, как она, должны жить в одиночестве, закрывшись на все замки. Но даже никчемушница должна что-то есть, платить за квартиру и делать кучу других никому не нужных телодвижений. Поэтому Настя заставила себя встать. Будильник ещё не звенел, у неё полно времени. Надо принять душ и позавтракать. Аппетита нет, но на чашку кофе сил хватит.

Настя привидением бродила по квартире, собираясь на работу. При виде разгрома в коридоре и кухне внутри шевельнулось глухое раздражение, но и только. Она вяло собрала с пола одежду, смела на совок черепки и осколки. Пройти можно и ладно. Настя сварила кофе, но бардак вызывал внутренний дискомфорт. Потом. Всё потом.

Пока плелась к дивану в гостиной, ноги едва шевелились. Неподъёмная усталость сковала мышцы. Настя плюхнулась на мягкое сиденье. Брызги кофе со сливками попали на белую блузку. Надо бы поменять… Настя сделала глоток, но вкуса не почувствовала. В голове назойливо жужжал голос Василия: «Мама права, разрушать брак — последнее дело. Ты, конечно, оказалась не самой идеальной женой, но ничего. Она обещала заняться тобой. Уверен, к моему возвращению ситуация изменится в лучшую сторону».

Свекровь. Офис. Снова слушать ехидные комментарии Ольги Дмитриевны? Принимать неискренние соболезнования чужих людей? Нет. В бабушкиной квартире Настя чувствовала себя хоть как-то защищённой от жестокого внешнего мира.