Книга В тени эмира. Шрамы на песке 1, страница 81 – Ирэн Блаватская

как и его далекий пещерный предок.

— Я хорошо изучила традиции арабского Востока и нисколько не сомневаюсь, что дома у

Вас целый гарем женщин... Хотите сказать, что это тоже зов предков?

— Мужчины полигамны, это изначально заложено в них, — усмехнулся он. — Так же как и

в их собратьях в дикой природе, которые, как правило, владеют целой стаей самок.

— А Вы очень удобно устроились, — прозвучало с упреком.

— И в чем Вы меня обвиняете?

— Вы позаимствовали у природы только то, что нравится Вам… Что отвечает Вашим

интересам. А как насчет всего остального?

— Даже любопытно, что же такого важного я упустил.

— А то, что не все в природе подчиняется голым инстинктам, как утверждаете Вы, и

преследует одну-единственную цель — размножаться.

— Я? Хмм… Скорее, так устроен мир дикой природы.

— Не все так однозначно. Есть в природе особи, наделенные чувствами и умеющие

хранить верность друг другу. Это птицы — белые, величественные, гордые,

необыкновенной красоты. Они выбирают себе пару по великой любви один раз и на всю

жизнь, а если погибает один из них, то второй, не задумываясь, складывая крылья,

камнем падает на землю и тоже погибает, потому что не мыслит своего существования

друг без друга. Не уверена, что Вам знакомо это чувство.

— Умереть за любовь несложно, сложно найти любовь, за которую стоит умереть. Но

можете даже не сомневаться: как только я встречу такую женщину, то, не задумываясь,

лягу рядом с ней в могилу, если придется, только чтобы не расставаться с ней, — он

мило улыбнулся.

— То есть Вы хотите сказать, что, имея целый гарем женщин, Вы не испытываете ни к

одной из них нежных чувств?

— Скажем так: мое сердце все еще свободно.

— Бедные, несчастные женщины, которые томятся в неволе и ищут Вашей любви.

— Несчастные? Томятся? — он громко рассмеялся. — Вы что, кошмаров насмотрелись?

— Да… Несчастные… Что Вы смеетесь? Вы же их совсем не любите, просто издеваетесь над

ними. Вам их даже не жаль...

— Эти несчастные женщины, как Вы выразились, живут купаясь в роскоши и в достатке и

по собственной воле ни за что не покинут мой дворец. У них есть все, о чем только

может мечтать женщина, — голос звучал спокойно, лицо оставалось серьезным, но в

уголках глаз заплясали черти.

— Откуда Вам знать, о чем мечтает женщина? Думаю, для Вас важны только Ваши

собственные интересы и желания.

— Не только, — улыбка коснулась его губ.

— Вы решили, что женщину можно купить роскошью и достатком, но на самом деле это не

так, и я могу в этом с Вами поспорить.

— Здесь Вы ошибаетесь… Скорее, женщины сами приняли это решение и вполне довольны

своим выбором.

— А может быть, их заставили обстоятельства и они были вынуждены принять его, а в

душе жаждали совсем о другом?

— Так просветите меня, темного, дикого бедуина, чего так страстно желают женщины, о

чем я даже не догадываюсь, — с иронией спросил он.

— Каждая женщина мечтает о любви… а Вы лишили их этого права.

Его пронзительный взгляд, казалось, видел ее насквозь… страстную, раскрасневшуюся от

наплыва эмоций, смело отстаивающую свою точку зрения… Он еще не встречал такую

женщину, которая могла открыто смотреть ему в лицо и высказываться. Эми была своего

рода диковинкой для него, и с каждой минутой, сама того не замечая, все больше и