Книга Развод. У него была другая жизнь, страница 39 – Лея Вестова

— Я согласна, — выпалила я, не дав ему закончить. — Когда можно приступать?

В его голосе слышалась улыбка:

— Вот это энтузиазм! Думаю, со следующей недели. Нужно уладить формальности. Пришлите мне актуальное резюме, я передам в отдел кадров.

После разговора я сидела, не веря своей удаче. Неидеальный вариант, конечно — шаг назад по карьерной лестнице, зарплата ниже прежней. Но это была работа. Стабильный доход. Возможность обеспечивать семью, не прибегая к крайним мерам.

Катя и мама восприняли новость с радостью.

— Я же говорила! — торжествующе сказала мама. — Они ценят тебя. Конечно, нашли возможность помочь.

— А как же твоя основная работа? — спросила Катя. — Ты будешь совмещать?

— Да, — кивнула я. — Основную оставлю — она удалённая, могу делать по вечерам и выходным. А новая будет с 9 до 6, как обычно.

— А кто будет с бабушкой? — в глазах дочери промелькнуло беспокойство.

Я помедлила. Этот вопрос тоже требовал решения. Маме становилось лучше, но оставлять её одну на целый день было ещё рано.

— Я справлюсь сама, — твёрдо сказала мама, заметив мои колебания. — Не нужно нанимать никого. Я уже хожу, готовлю. Правая рука почти полностью восстановилась. С речью тоже всё в порядке. Не беспокойся.

— Не знаю, мам. Может, хотя бы на полдня кого-то найдём? Сиделку или помощницу по хозяйству? У тебя рука еще плохо работает, да и устаешь ты быстро…

— И платить ей из тех денег, которых у нас и так мало? — мама покачала головой. — Нет уж. Лучше эти деньги потратить на Катину поездку или на непредвиденные расходы. А я справлюсь.

Я знала, что спорить бесполезно. Когда мама принимала решение, переубедить её было невозможно. Оставалось только найти компромисс.

— Хорошо, — сказала я. — Но с условием: ты будешь постоянно на связи. И если почувствуешь себя плохо — сразу звонишь мне. Я примчусь.

Она согласилась, хотя по её виду было понятно — звонить она не собирается, даже если будет совсем плохо. Гордость и забота о близких — черты, которые я унаследовала от неё. Иногда во благо, иногда во вред.

На следующий день раздался неожиданный звонок. Андрей. Я колебалась — брать трубку или нет. Но любопытство пересилило.

— Алло, — мой голос звучал холодно, отстранённо.

— Оля, — он говорил напряжённо, словно ожидая враждебности. — Я звоню по поводу Кати. Её школьная поездка...

Я молчала, ожидая продолжения.

— Я оплачу её, как и обещал, — продолжил он после паузы. — И вообще, все расходы по школе — на мне. Учебники, форма, экскурсии. Всё, что нужно.

— Спасибо, — сухо ответила я. — Это правильно.

— И ещё, — он сделал глубокий вдох, словно собираясь с силами. — Я знаю, что ты... что у вас сейчас трудности. После того, как я закрыл доступ к счёту...

«Трудности». Какое аккуратное слово для ситуации, когда тебя внезапно лишают средств к существованию.

— Я буду переводить деньги каждый месяц, — сказал он. — На твой личный счёт. На Катино содержание. Не такую сумму, какую бы присудил суд, но...

— Почему не такую? — перебила я. — Ты не хочешь содержать дочь должным образом?

— Дело не в этом, — в его голосе зазвучало раздражение. — Просто сейчас в бизнесе сложный период. Кассовый разрыв, проблемы с поставщиками. Я не могу выделить столько, сколько хотел бы.

«Или сколько тратишь на Ирину и её сына», — подумала я, но вслух сказала другое: