Книга Жуля, я и снежный роман, страница 133 – Ана Ховская

Стало понятно, чем закончится вечер: неловким поцелуем, а если приглашением к себе, то неловко будет всем. И Жуле тоже! И от этого предположения стало не по себе, но я отбросила навязчивые мысли и дала нам шанс просто поужинать в спокойной атмосфере.

И она действительно была спокойной. Слишком спокойной. За нашим столом. Так что даже Жуля зевал. Валерий завёл беседу о новой поездке в Китай на съезд программистов, рассуждал о местной кухне и о том, что там могло бы понравиться… Вроде обычная беседа, но если бы то же самое рассказывал Иван… Роман, я бы слушала раскрыв рот. И я слушала, но поглядывала на соседние столики, наблюдая за действительно влюблёнными парочками, так приторно-сладко признающимися друг другу в любви: взглядами, жестами, всем своим видом…

Я бы тоже не против такой приторности. Только вот…

Перевела взгляд на Жульена – тот просто дремал.

Я бы тоже лучше подремала у камина.

Перевела взгляд на Валерия – тот продолжал говорить и, в общем-то, даже об интересных вещах, но поймала себя на очень странном ощущении: мне хорошо, не весело до дрожи, не головокружительно, а просто ровно и спокойно. Но в этой «ровности» сквозила такая пустота, что хотелось хотя бы дёрнуть за края скатерти, запрыгнуть на стол и устроить какой-нибудь переполох, ну хоть что-то, чтобы увидеть другие эмоции на лице Валерия. Даже представила себе эту картину и чуть не поперхнулась вином.

Н-да, Стрельцова, хочешь до сердечного приступа Валерочку довести? Не поймёт! И Жуля тоже.

Я улыбнулась и посмотрела на руки Валерия, спокойные, уверенные, без суеты, и совсем некстати вспыхнуло другое воспоминание: как мы танцевали с Иваном-Романом, как его руки скользили по моей спине…

Мысленно одёрнула себя и сделала глоток вина.

— О чём задумалась? – мягко спросил Валерий.

Ну вот… он из пиджака лезет, старается. А ты сидишь, фантазируешь чёрт знает о чём и вымучиваешь из себя улыбки…

— Да так… Извини, – пожала плечами и шутливо сморщила нос: – У меня иногда бывает ветер в голове, как говорит Лара Львовна. Поэтому, собственно, я не замужем – в облака всё время уносит…

Смеясь, посмотрела на Валерия и заметила:

— Ну да, кому нужна стюардесса, которая вечно летает в облаках…

Сама не ожидала, что станет так горько. Выдавила кривую улыбку и снова пригубила вина.

Валерий улыбнулся, не стал ничего добавлять. Снова замолчал и просто любовался. И именно в этот момент меня накрыло.

Слишком тихо. От тебя слишком тихо. Неужели ты никогда не проснёшься? Ну скажи, что ли, что я тебе сразу понравилась, что ты хотел бы со мной встречаться… Нет? Эй, аллё?!

Вдруг стало тесно за этим столом, в этом ресторане, в этом разговоре без глубины и остроты, без эмоций и вспышек где-то на дне живота, там, где должны порхать в сумасшедшей турбулентности эти самые бабочки.

Я невольно кисло поморщилась и положила ладонь на грудь: как-то запершило там. Но стук сердца под пальцами напомнил, что оно живое и что я хозяйка своей жизни.

— Валерий, – резко отставила бокал, – прости, мне нужно выйти. Проветриться.

Жульен тут же вытянулся на ногах и навострил уши.

— Я провожу… – поднялся Валерий.

— Нет, – поспешно вскинула ладонь я. – Мне… одной.

Он замер, внимательно посмотрел на меня, на Жулю и кивнул. Без вопросов, без обид покорно сел на место.