Книга С любовью из «Книжного», страница 29 – Ольга Попова

— Нет, нет, отдыхай, – ответил Ваня. – Я ненадолго. – Он мельком осмотрел стопки книг на столе. – Ты читала «Защиту Лужина»?

— Нет, только взяла в библиотеке, – я присела на кровать, чтобы больше походить на больную и спросила: – Как дела в магазине?

Конечно, я понимала, к чему приведёт этот вопрос, но Ваня должен был знать, что я больше не приду в книжный. По крайней мере, пока мама не узнает правду. Хотя… я почти не верила, что это сможет что-то изменить.

— Я заказал вывеску, – ответил Ваня, выдвигая стул и садясь напротив. – Должна прийти на следующей неделе. Сегодня разобрал ещё коробки с детскими книгами. Ты бы видела – они такие красивые, даже жалко прятать их на стеллажах.

Он замолчал на секунду.

— Знаешь, я сейчас подумал… На тех обувных полках, что остались привинченными к стене, можно расставить какие-то яркие книги, по одной – так, чтобы обложки сразу бросались в глаза, как на витрине.

— А ещё туда можно ставить книжки со скидками, – поддержала я. – Или делать сезонные подборки вроде «Осенние истории с пледом», хотя нам скорее нужны рождественские сказки, но мы же их заказывали тоже?

— Да, – ответил Ваня. – И я пока не трогаю новинки, помню, что ты их хотела расставлять.

— Хотела, – повторила я, не поднимая взгляда. Пальцы невольно вцепились в складки сарафана. – Правда, не знаю, когда теперь получится прийти. Мама злится на меня из-за учёбы, ей классная звонила. А я ещё и дома целую неделю провалялась.

Ваня понимающе кивнул.

Я не врала ему, но вряд ли он поверил.

Мы вернулись к разговору о книгах. Чьи-то выдуманные истории было гораздо легче обсуждать, чем ковыряться в своей собственной. Потом мама принесла нам чай, намекнув, чтобы мы потихоньку закруглялись. Два часа пролетели как один миг. Ваня уже собирался уходить, когда вдруг вспомнил, что забыл отдать мне кое-что ещё.

— Думаю, это твоё, – сказал он, доставая из кармана худи баночку с надписью: «Для самого любимого футболиста». – Нашёл в магазине.

Я протянула руку, попытавшись что-то сказать, но не смогла. Сердце забилось в рваном ритме. Губы дрожали. Я закрыла лицо ладонями, и в ту же секунду комнату заполнили мои беспомощные, судорожные рыдания.

Он не сказал ни слова, но я почувствовала, как его рука мягко легла мне на плечо – сначала осторожно, а потом увереннее, словно он говорил: «Я здесь, я не уйду». Тело трясло от боли, я вся сжалась, не осмеливаясь поднять голову.

— Он… он поспорил на меня, – проговорила я сквозь слёзы, – это… такая шутка.

Ваня сел рядом, и я прижалась к нему так крепко, будто в его объятиях могла раствориться вся боль. Всхлипы прерывали моё сбившееся дыхание, я по порядку стала рассказывать всё, что случилось в понедельник. С каждым словом мне становилось легче. Казалось, пока Ваня был рядом, у меня хватало сил справиться даже с предательством.

Он молча слушал, а мне отчаянно хотелось только одного: чтобы он больше никогда не отпускал меня. Закончились слова, высохли слёзы, я с ужасом ждала, что в комнату сейчас ворвётся мама, прогонит Ваню и навсегда мне запретит даже думать о нём. Но всё оставалось неподвижно и тихо.

— У него вместо головы футбольный мяч, – вдруг сказал Ваня, – раз он променял такую девушку на победу в споре.

Я стёрла ладонями остатки слёз и рассмеялась.