Книга (Не) родная мама. Она - мой смысл жизни, страница 77 – Виктория Вишневская

Где мне её искать? В голове вспыхивает ответ — Август. Он поможет мне найти Настю. Она ведь и его дочь, это в его интересах!

Я срываюсь с места, лихорадочно шарю по карманам в поисках телефона, чтобы позвонить бывшему мужу. Пусто. Чёрт! Я оставила его на столе!

Едва не вою от отчаяния, но бегу по коридору к лифту. Заворачиваю за угол — и вдруг кто-то резко хватает меня за запястье, прижимает к стене. Я не успеваю ничего понять.

Что за…?

Я вскидываю взгляд и встречаюсь с цепкими глазами. Его пальцы сжимают мои запястья, ледяные, неприятные. Сердце подскакивает к горлу, дыхание перехватывает.

Всё-таки нашёл…

В его глазах пляшет весёлый огонёк, а на губах расползается гадкая, самодовольная улыбка.

— Вот я тебя и нашёл, дорогуша.

— Здравствуйте, Артур Витальевич, — шиплю я, ощущая крепкие пальцы, сжимающие мои запястья. — Отпустите. Вы ведёте себя некрасиво.

— Мы уже на «вы», — усмехается он, но не отступает ни на шаг. Его голос скользит по коже ледяной змеёй, вызывая приступ тошноты. — Нехорошо. И то, что ты ушла, не отработав две недели, — тоже. Сбежать, не найти себе замену… Плохо, Арин, очень плохо. Ты меня сильно подвела.

В его глазах вспыхивает хищный огонь, взгляд становится ещё острее, опаснее. Тонкие брови взлетают вверх, на лице появляется тень довольства, будто он наслаждается происходящим.

— Но я же добрый начальник, — продолжает он с ядовитой улыбкой. — Разрешу своей подчинённой вернуться в мой штат, чтобы она честно отработала две недели.

— Я уволилась, — твёрдо отвечаю.

— Я так не считаю. Ты сбежала, а не уволилась. А я здесь, чтобы тебя вернуть.

«Вернуть». Слово, явно не подходящее для нашей ситуации.

— Как ты меня нашёл? — голос дрожит, но я стараюсь держаться.

— Имеет ли это значение? — его губы растягиваются в усмешке.

— Отпусти меня, — требую, пытаясь вырваться.

— Уже лучше, мы снова на «ты». Как твои дела, дорогуша? Здесь платят больше? Сколько?

— Артур, — чеканю его имя, словно выстрел. — Хватит.

— Чего же хватит? Мы не чужие друг другу люди, — усмехается он, и в голосе скользит что-то опасное.

Да, мы действительно перешли грань между начальником и подчинённой. Но для меня мы были только коллегами. В лучшем случае — приятелями. Никогда не любовниками, никогда не чем-то большим.

Он помогал мне, этого не отнять. Взял на работу женщину с ребёнком, который только начал ходить в садик. Я часто уходила на больничные, пропадала неделями, но он не увольнял меня, считая ценным сотрудником.

Сначала всё было строго, по правилам. Артур был сдержан, холоден, в нём не было той язвительности, что сейчас. Но однажды всё изменилось. Мать-одиночка в Питере без работы — всегда на грани. После развода я по глупости отказалась от всего: ни квартиры, ни украшений, ничего. Потом пожалела, когда пришлось продать машину, чтобы прожить хотя бы год. Дети — дорогое удовольствие, как и аренда жилья. Но я ни разу не пожалела о своём выборе, наслаждаясь каждым днём материнства.

Я пыталась работать удалённо, бралась за репетиторство, но денег едва хватало, а долги росли. Казалось бы, позвони бывшему мужу, попроси помощи — но я была слишком горда. Просить у того, кто предал тебя, разрушил семью? Нет уж.

Когда дочь пошла в сад, я устроилась к Артуру. Первый год работы помог мне выбраться из долговой ямы. Жизнь стала спокойнее… до того самого момента, который всё изменил. Я доверилась ему — и зря. Мою благодарность он принял за интерес.