Книга (Не) родная мама. Она - мой смысл жизни, страница 11 – Виктория Вишневская

Да, решено: за эту неделю я обязательно придумаю, куда нам с дочкой уехать, чтобы начать новую жизнь вдвоём, без страха. А он пусть и дальше наслаждается своей новой семьёй.

— Девочки, а чего сидим? — вдруг отдалённо раздаётся вопросительный и уже слегка знакомый голос. С трудом поднимаю взгляд от бумаги, всё ещё не в силах переварить услышанное. К нам навстречу шагает новая жена Пятницкого.

Без зазрения совести бросаю взгляд на её пальцы. Кольца есть, но на безымянном — нет. Не женаты? И пусть, они могли и не связывать себя узами брака. Живут вместе, воспитывают дочь — этого достаточно.

— Встретилась в лифте с недовольным гостем, жалуется на кондиционер. Двадцать третий номер. Спросите, узнайте, вызовите ремонтника.

— Я схожу, — встаю из-за стола, лишь бы занять свои мысли чем-то, кроме Августа.

— Похвально, — кивает она, скрестив руки на груди. В её голосе слышится лёгкая ирония. — Только работать надо не после пинка, а по своей инициативе.

— Исправлюсь, — сухо отвечаю и спешу решать проблему. Но мысли всё равно не уходят. Чувства поедают изнутри, не дают покоя.

Сказать ему о Насте или не сказать? Зачем? У него уже есть свой ребёнок. Зачем ему ещё один? Если узнает — нас всех свяжет. Придётся встречаться, видеть его дочь. Одна мысль о том, что она от другой женщины, вызывает во мне смешанные чувства. Я рада за него, но в то же время мне обидно и больно. Сама себя не понимаю.

После окончания рабочего дня возвращаюсь в нашу комнату и пытаюсь отвлечься на Настёну.

К счастью, получается: моё сокровище занимает все мои мысли. Но, глядя на неё, я постоянно вижу черты её отца, и сердце ноет. Ничего не могу с этим поделать. Это ведь на всю жизнь. Я не смогу забыть Августа, постоянно видя в ней его отражение.

Впервые за последние недели, спокойно выключив свет и плюхнувшись на кровать, мы обнимаем друг друга. За окном светит яркий полумесяц, мягко освещая комнату. Настёна, уткнувшись носиком мне в грудь, что-то спрашивает, а я на автомате отвечаю ей, целуя в макушку. Безумно соскучилась по ней за весь день. Часто приходится оставлять её одну ради работы. Должна бы уже привыкнуть, но не могу.

— Мамулечка, — шепчет она. — Мне жарко, давай включим холодок?

— Если я включу кондиционер, утром у кого-то будет болеть горлышко.

— Фу, не хочу.

— Тогда отодвинься немного от меня, раз тебе жарко.

— Нет, я хочу быть ближе к мамочке.

Я улыбаюсь, нежно целую её в лобик.

— Ты завтра опять пойдёшь на работу? — как-то грустно раздаётся мне прямо в грудь. От этого тона всё скручивает внутри и так стыдно становится, что ей приходится сидеть тут одной.

— Надо, котёнок. Но это ненадолго. Думаю, через недельку мы поедем дальше.

— А куда? — она приподнимается, ложится на животик и мотает ногами, готовясь слушать. Сразу загорается, понимая, что нас ждут приключения. — Там будет весело?

— Пока не знаю, — пожимаю плечами. Я не знаю как пережить завтрашний день, а думать о далёком будущем слишком тяжело. — Завтра хочешь остаться здесь или пойдёшь с утра поиграть с ребятами?

— М-м-м, — она задумчиво стучит пальчиком по подбородку. — Хочу поиграть. В ту комнату мамочка приходит чаще, чем сюда.

Я смотрю на неё с нежностью и благодарностью, чувствуя, как любовь к дочери согревает меня изнутри, несмотря на всю боль и тревоги уходящего дня.