Книга После развода. Я тебя не отпускал, страница 50 – Валерия Иванова

Что бы ни случилось, верь мне.

Я не поверила.

Я бросила его, не позволив ничего объяснить. Скрыла ребенка. Каждый день швыряю в лицо ему едкие фразы.

А он просил об одном — довериться…

Тая

Я: Ты можешь сейчас приехать?

Карим: Через двадцать минут буду.

Я отбрасываю от себя телефон и нервно начинаю расхаживать по комнате. Я только уложила Юнию спать. В голове такой бардак. Но если я сейчас не увижу Карима, то до вечера просто не доживу. Не знаю, что хочу ему сказать, решу на месте.

Ровно через пятнадцать минут входная дверь открывается и в квартиру заходит Карим. На его лице такое беспокойство.

— Что случилось? Где Юна?

— Она спит, — я замираю напротив него.

Фаталиев хмурится.

— Тая, что случилось? Что с тобой, маленькая? — делает несколько шагов ко мне.

А я подбегаю и висну у него на шее. Рыдаю. Меня трясти начинает от того, что все мои эмоции, страхи, сомнения… Все наружу. И Карим видит их, пропускает через себя. Дышит шумно. Гладит меня по спине, пытается успокоить.

— Таина, расскажи мне что случилось?

— Я все знаю, Карим. Все. Про Марата и Аиду. Что ты сделал и почему. Боже… — захлебываюсь слезами.

— Откуда? — спрашивает глухо.

— Твой отец приезжал, он все рассказал.

— Понятно, — говорит.

А я отлипаю от него, отхожу на несколько шагов.

— Понятно? — переспрашиваю. — Это все, что ты можешь сказать?

— Отец все рассказал, добавить нечего.

— Но… Почему ты сразу мне не рассказал, Карим? Это же я! Я бы поняла!

— Я пообещал отцу не рассказывать. Клятва для меня — не просто слова. Я их не нарушаю.

— Но ты клялся, что меня любишь!

— Я ни разу не нарушил свою клятву. Я люблю тебя, Тая.

— И ты просто взял и отпустил меня! А твои слова. Ты меня ими уничтожил, сказал, что я дефектная.

— Бл*ть, — проводит руками по волосам. — Мне пздц как стыдно за те слова, за тот поступок. Я не знаю, что сказать и как оправдать себя за все то дерьмо, через которое тебе пришлось пройти. Я ублюдок, Тая, я знаю. Я сделал тебе больно и ненавижу себя за это. Когда ты ушла, то я все понял, но было поздно. Я думал, что так будет лучше. Я понимал, что ты не станешь делить меня с другой. Знал, что будешь мучиться и страдать. Я не хотел для тебя такой жизни.

— И поэтому отпустил.

— Да. Это было самое сложное решение в моей жизни. Я вернулся за тобой, а ты была с другим. Блть, я думал, что сдохну в тот момент. Я не виню тебя. Я сам тебя толкнул в объятия другого. Я знаю, как тебя ломало, как было плохо…

— Нет, — закрываю уши руками, как ребенок.

Я просто не могу слышать его исповедь. Господи, как же мы облажались.

— Никого не было, Карим. Я ни с кем не была, только с тобой. В тот раз… То был Саша, мой брат. Я наврала тебе, хотела, чтобы ты страдал, чтобы больно было. Я тебя люблю! До сих пор. Пыталась разлюбить, наверное, и правда дефектная, раз не могу…

— И не надо, — шагает ко мне, пятерней берет за скулы.

Я встречаюсь с ним взглядом, и воздух застревает в легких. Я читаю в его глазах, что он не может выразить словами. Читаю и не могу поверить. Там столько чувств и эмоций. Они ничем не прикрыты. Он душу выворачивает, чтобы мне показать.

— Люби меня, Тая. Потому что я живу ради твоей любви. Ты и Юна — все. Вы — мое сердце и душа. Я тоже тебя люблю, малышка. Всегда.

— Я тебе верю, Карим. Верю. Всегда.