Книга Любовь под запретом, страница 4 – Юлианна

— Завтра отмени все планы. Мы идем на ужин, — грубо ответил Эмин, злясь на ее слова.

— Но я планировала…

— Отмени Лея! — разозлился он окончательно, заставляя ее испуганно замереть.

— Ненавижу тебя! — прошипела она, сбегая из гостиной.

Хлопнув дверью, она закрылась на ключ и упала на постель, давая волю слезам. Как же она ненавидела его, когда он так поступал с ней. Будто она вещь, которой можно распоряжаться.

Она действительно его ненавидела первое время, но потом поняла, что он тоже был заложником этой «системы». Дядя Халиль сделал все, чтобы они поженились.

Не зная, как объяснить свою скорую свадьбу, Лея обратилась за советом к нему, и он помог, выдумав легенду о том, что безумно влюбился в нее. Сестры поверили, ведь они уже подозревали это, но Лея была сама не своя от происходящего.

Эмин стал частым гостем в доме Хасановых, а когда выяснилось, что Джамиль женился втайне от родителей на Ираде, стали подозревать в сговоре и шантаже. Леи пришлось хорошенько постараться, чтобы вся правда не выплыла наружу и убедить их в том, что действительно влюбилась в Эмина.

После того, как Эмин увез ее в Париж, она долгое время злилась на него, но потом поняла, что так будет только хуже. Когда он осуществил ее мечту об учебе в Сорбонне, она поняла, что он действительно не жестокий, каким хочет казаться.

Его забота была странной, но приятной.

Али, которого Эмин приставил к ней для охраны, стал для нее другом и братом, помогая во всем. Именно поэтому, она сегодня отпустила его пораньше. Ей хотелось, чтобы он тоже отдохнул. Она и не думала, что, когда они с Жаклин и Франсуа пойдут гулять, начнется дождь, и им придется подняться.

А еще она не ждала сегодня Эмина.

Обычно он всегда предупреждал заранее, что приедет. Она относилась к этому спокойно, ведь у него была своя комната, о которой они сразу договорились.

Он сам сказал, что не станет приближаться к ней. И она согласилась.

Первое время ей было страшно. Она запиралась. Но когда он стал пропадать на несколько дней, а иногда и недель, сообщая о том, что не приедет. Она научилась жить одна.

Ей это нравилось. Почти.

Еще одним условием было, что она никогда не станет приводить сюда мужчин. И не станет принимать их знаки внимания.

Лея на это согласилась, понимая, что статус замужней женщины накладывает определенные обязательства, даже несмотря на то, что они в Париже. Иногда он просил ее ходить с ним на деловые встречи, и она не отказывала, ведь он тоже шел на уступки. Но сегодня это было так грубо, что она невольно разозлилась.

Стук в дверь она слышит, но молчит, надеясь, что он поймет, что она не хочет с ним говорить и уйдет.

— Лея? — голос Эмина глухо звучит сквозь дверь. — Прости меня за грубость. Долгий перелет был. Я очень устал.

Она подошла к двери и прижалась к ней ухом.

— Я виноват. Прости. Только прошу, давай мы не будем возвращаться к отношениям двухлетней давности?

Она выдохнула и, стерев с лица остатки слез, открыла дверь.

— При условии, что ты не станешь вести себя как грубиян. Что за ужин?

— Дресс-код, — он слабо улыбнулся, и она кивнула.

Так он говорил, когда имел в виду, что это будет ужин с женами и без нее никак. Назвав это однажды дресс-кодом, он теперь всегда говорил это, когда ему нужно было ее присутствие.