Книга Отчим. Игрушка Бандита, страница 53 – Кэтрин Рамс

Не закончил он и через десять минут, и ещё через десять… Он поменял уже позы три, хотя я прошу немного отдохнуть. Он лишь усмехается. Но меня все устраивает.

И когда его движения становятся резче, когда он сильно сжимает мою задницу и начинает двигаться чаще, то я понимаю, что он вот-вот подойдёт к краю. Я его сама целую, и он резко в меня входит и начинает кончать.

Интересное зрелище, но ни капли не противное, как в видеороликах.

Я прикрываюсь простынкой, стараюсь спокойнее дышать и наблюдаю за ним.

— Не думай, что это для меня достаточно, — произносит он с коварной улыбкой. Неожиданно выдёргивает мою простынь и шлепает по попе. — Бегом в ванную! Это далеко не конец…

Утро встречает меня приятным ощущением того, что этой ночью я стала женщиной. Ощутила это в полной мере. Это, конечно, не сравнится с первым разом, который вышел не самым лучшим.

То, что было между мной и Давидом, это нереально. Заснули мы с ним поздней ночью. Он только, что не делал с моим телом, он ласкал меня, подталкивал к новым границам, о которых я и представить не могла. Он учил меня делать ему приятно и делал приятно мне. А сколько поз он мне показал… Немного даже стыдно вспоминать.

В общем, было незабываемо.

Открываю глаза и понимаю, что мужчины уже нет со мной рядом, хотя на часах семь утра.

Я всегда просыпаюсь рано, чисто по привычке, ну и, конечно, мне нужно вести Саву в школу, потому что мама этого не делает.

Протяжно вздыхаю и закрываю лицо руками, вновь все вспоминая, ощущая дикое волнение.

После первого раза мы пошли с ним принимать душ и там уже продолжили изучать друг друга. Далее вернулись в комнату и продолжили уже здесь.

Дверь моей комнаты открывается, и я думаю, что это вернулся мой мужчина, но я вижу сонные глаза Савы и даже немного расстраиваюсь.

Куда же тогда он подевался? Неужели уехал…

— Лада, мы пойдём в школу? — спрашивает он с зевком.

— Да, котёнок, иди умывайся, — отвечаю ему, вставая с кровати, подмечаю, что тело после такой ночи немного ноет.

— Там мама с кем-то ругалась.

Хмурюсь. Надеюсь, что не с Давидом. Надеюсь, что она ничего не заподозрила, хотя вряд ли мы сможем скрывать наши отношения.

А они, интересно, вообще есть?

— С твоим отцом? — решаю я поинтересоваться.

— Я не знаю, — говорит брат и выходит из комнаты.

Я быстро иду принимать прохладный душ, чтобы окончательно проснуться, одеваюсь и спускаюсь на кухню, чтобы приготовить завтрак. Однако обнаруживаю там маму, которая разговаривает по телефону, стоя ко мне спиной.

— Ты что, не понимаешь, что происходит? Он ничего отдавать не собирается. Я с ним разговаривала по-хорошему, но бесполезно, ублюдок упёрся рогом! — ругается она, и я замираю на месте. — Поговори с ним по-мужски, пусть поймёт, что он многое может потерять, — чуть ли не рычит она в трубку. — Нет, нет, убивать пока не нужно, неизвестно, на кого он мог переписать часть завода. Наш зек далеко не глупый мужик. Все, давай, увидимся позже…

Сердце застучало чаще, когда я поняла, что разговор был о Давиде. Мама задумала что-то нехорошее, что меня напрягает. Неужели она хочет обмануть мужчину и собралась это сделать за его спиной.

Мне нужно будет с ним об этом поговорить.

— С кем ты разговаривала? — громко спрашиваю я, и она дергается на месте.