Книга Девочка-яд, страница 156 – Даша Коэн

И только понимая, что он не пойдет за мной, как обычно, я наконец-то понуро вхожу в свою спальню. Здесь все как прежде знакомо и незнакомо одновременно. И до воя хочется вернуться обратно на солнечный остров Бали, где было все так предельно понятно. А не торчать здесь в полной и беспросветной безызвестности.

Остаток дня разбираю вещи, а потом и готовлю на завтра костюм в институт. Выбор останавливаю на плотных шерстяных брюках в английском стиле и мягком черном пуловере с белым отложным воротников на выпуск.

И все это время дверь в мою комнату приоткрыта.

Сажусь за рабочий стол и начинаю повторять учебный материал, почти забытый в отпуске. В суть вникаю плохо, прислушиваясь к звукам за моей спиной. Но там абсолютная тишина. Неужели он не придет?

Прикусываю подушечку большого пальца, а потом с досадой беру руки телефон. Может написать ему и спросить какого черта происходит? А может лучше вообще пойти к нему и настучать по его тупой башке? Было бы не плохо, но, ни одно, ни другое, я себе позволить не могу.

Как ни крути, а я себя не на помойке нашла.

А дальше ужин и все вновь разбредаются по своим комнатам. И на этот раз спальню свою я запираю на замок, а потом понурая и практически растоптанная иду в душ, а дальше и вовсе, зашвырнув телефон под подушку, открываю книгу и пытаюсь читать. Ох, и как меня бесят эти бесплодные попытки!

Так проходит час, а потом и еще один. И вот уже обиженно дрожит губа, а в уголках глаз собирается преступная соленая влага. Боже, мне так хочется быть рядом с ним! Так сильно, что кажется, будто все суставы выкручивает в его сторону, помимо моей воли. Какого черта вообще? Разве он не понимает, что медленно убивает меня сейчас? Разве не чувствует, что нужен мне?

Стук.

Всего один и сердце буквально разлетается на куски. И дальше уже не до гордости. Рывок и стремительный поворот завертки на двери. И буквально тут же он форменно сметает меня словно ураган. Облегченный обоюдный стон и даже одежду толком снять не получается. Руки трясутся, а по венам кипит лава-кровь, шумит в ушах и требует, чтобы ее остудили всеми известными нам способами.

Болезненные поцелуи-укусы, треск нижнего белья, его нецензурная брань сбитым, хриплым шепотом, мой тихий смех и громкое «ох!», когда мы наконец-то становимся максимально близки.

— Ян, – выдыхаю я на пике своего наслаждения, а он только рычит и продолжает накачивать меня собой. Вот где рай – там, где он рядом со мной. Вот, где я хочу быть всегда.

Всегда…

— Ты же не уйдешь? – спрашиваю я, когда наши сердца успокаиваются и начинают мерно отсчитывать секунды.

— Уйду, Ясь, – отвечает и легкие тут же забивает стекловата, – твоя мама уж больно странно на меня смотрит, малышка, – и вот тут дыхание от страха окончательно сбивается.

Если родители узнают о нас, то разведут. Однозначно! Дядя Паша заставит Яна съехать в свою городскую квартиру, а меня из этого дома до окончания института не выпустят. А потом еще и водителя-надзирателя ко мне приставят, с них станется. Да мне уже восемнадцать, но мама всегда говорила, что выбирать мужчину по уму в столь раннем возрасте не дело. И она яркий тому пример.

— Тогда до завтра, – выталкиваю я из себя, но вопреки своим словам, только еще сильнее оплетаю его своими руками и ногами. Целую, куда могу дотянуться и так хочу сказать ему, что люблю его. Всем сердцем.