Книга Любовница. По осколкам чувств, страница 203 – Даша Коэн

Будто бы только ей приходится несладко в этом злоебучем мире. Я поставил на кон собственную жизнь в угоду чужих планов, а она носится со своей гордостью, как с писаной торбой.

— Да, — пожимаю плечами, уже всё для себя решив.

— Зачем? Мне ничего от тебя не надо.

Я переписал на неё две квартиры просто потому, что лишил её собственного жилья. Я хотел всё исправить. И я бы мог сейчас сказать правду, но намеренно говорю то, что ей будет удобнее переварить. Ибо она уже вознесла меня в ранг негодяя.

— Плата за твои услуги, — рублю коротко.

Разворачиваюсь и ухожу. Ни разу не оглянувшись.

Навсегда…

А в задницу это всё! Если Лера не способна рассмотреть моего истинного к ней отношения из-за «непреодолимой» преграды в виде сраного договорного брака, то она на хуй мне не нужна.

Баб много. Просто овердохуя. На её, упоротой на гордости, персоне свет клином не сошёлся.

Песня спета. Расходимся…

Данил

Сажусь в тачку и буквально насилую собственное тело, заставляя себя не шарахать дверью со всей дури, а медленно и спокойно закрыть её так, будто бы мне только что не мозги трахали, а нежно гладили по голове. Вот только чувствую я себя сейчас катапультировавшимся пилотом уже давно и безнадёжно терпящего крушение истребителя. И ведь я знал, что нечто подобное однажды случится, но даже не догадывался, что аварийно покидать летящую в пропасть посудину буду не по собственному желанию, а вот так — когда я был к этому совершенно не готов.

И пинком под зад.

Завожу двигатель и, казалось бы, вечность сижу неподвижно, слепо глядя перед собой. Что бурлит внутри меня в это время? Даже описывать страшно — там чёртов термоядерный коктейль и если не взять его под контроль, то он грозится снести всё на своём пути.

И Айза будет первой в очереди, если я сейчас поеду к ней. Я просто окончательно стрясу её куриные мозги — это по минимуму. По максимуму — сверну ей на хрен шею. Ибо я злой, пиздец!

Тянусь к бардачку, где лежит моя заначка, к которой я не притрагивался вот уже несколько месяцев. Дёргано вскрываю её, матерясь на то, что пальцы мои чуть дрогнули. Достаю отраву, подкуриваю и буквально сдалбливаю первую сигарету за несколько секунду. Сразу за ней следует вторая. С непривычки тело ведёт, а разум туманится. Мутит по жести, но я только как безумный улыбаюсь своему отражению и наконец-то трогаюсь с места.

— Баба с возу — кобыле легче, — бормочу себе под нос и дважды бью кулаком в грудь.

Но там по-прежнему что-то до безобразия противно ноет и будто бы выламывает мне изнутри рёбра.

— Легче, я сказал!

Вот только какого-то хера легче мне не становится. Я прокручиваю в голове диалог с Лерой и всё больше зверею.

— Сука! — вдариваю ладонями по рулю и подкуриваю третью сигарету к ряду, а затем беру курс домой, где с первой попытки не могу припарковаться.

Мысленно я не здесь. И даже не с самим собой. В своих больных и явно кукукнутых на всю катушку мозгах, я сажаю Райскую на цепь у своих и ног. И только тогда чувствую какое-то болезненное удовлетворение на пару с облегчением и триумфом.

Но сам я не вернусь. Никогда. Уж кто-кто, а я себя знаю — если я что-то решил, если что-то втемяшилось мне в голову, то всё. Тушите свет!

Никаких больше девочек с глазами цвета стали.