Книга Дочка красавчика университета, страница 17 – Юся Сташова

Никогда бы не могла подумать, что такое может случится со мной. И правда казалось, что Никита сделает все ради того, чтобы ублажить Диану. Хоть поцелует меня против воли, хоть даже изнасилует на глазах у всех. Плевать. Им плевать на меня. Я для них не человек, а кусок жира.

Слезы накатывали по новой, но я вновь отстраивала ту самую границу с сознанием, не позволяя этим уродам как-то заставить меня усомниться в том, что со мной все в порядке. Я и так взялась за свое питание, занимаюсь спортом, у меня свой личный тренер и хороший знакомый диетолог. И все это ради того, чтобы доказать себе самой, что если я захочу что-то сделать со своей внешностью, то сделаю.

Но дело в том, что я не обращала внимание на свой лишний вес. Я приняла себя такой, какая я есть, как это сделали мои родители.

Откинувшись назад, я задумалась о поступке Чернова. Зачем ему было нас останавливать? Совесть замучила тем, что они и правда все могли стать соучастниками преступления? А его взгляд… Он хотел что-то сказать, но не стал. Дал мне свободу, которую я так жаждала, пока все вокруг испепеляли меня своими пьяными глазами. Мне просто хотелось провалиться под землю, чтобы больше не чувствовать стыда, окутывающего с головой.

Я быстро закончила с водными процедурами, накинула на себя чистую одежду, которую готовила заранее, когда думала, что могу поздно вернуться с вечеринки и не успеть приготовиться. А теперь смотрела на себя в отражении и волнение охватило меня, заставляя замереть.

Выложили ли они то видео? Или нет?

Руки тряслись, пока я доставала телефон и открывала наши университетские чаты. Пролистала все сообщения и посты со вчерашнего дня, но не нашла ничего про себя. В груди затеплилась надежда на то, что Диана не совсем глупая и не решилась выкладывать видео на всеобщее обозрение после того, что ей сказал Чернов.

Даже как-то неловко стало. Мне стоило его поблагодарить за это. Если бы не он, Субботина ни за что бы не остановила этот беспредел и видео могло дойти вплоть до директора, то есть отца Олега.

Но благодарить того, кто всегда относился ко мне, как к грязи под ногтями, было будто глупо. Я не представляла в своей голове эту сцену между нами, когда Чернов спокойно принимает мою благодарность и потом начинает со мной нормально общаться. Он первый начал эту войну, и я не позволю ему ослабить мою бдительность только одним его правильным решением.

Выбегаю из дома, испытывая смешанные чувства, и спешу на остановку. Валя должна будет ждать меня в холле, так мы договорились. Пока я ехала на общественном транспорте, включила музыку, засовывая наушники в уши, чтобы полностью уйти сознанием в трогательный текст песни. Пейзажи за окном пролетали друг за другом, пока не сменились на высокие административные здания и вдалеке показалась крыша университета.

Погода сегодня была схожа с моим настроением. Скверным и серым, не способным пропустить лучик солнца. В холле меня ждала не только Сотникова, одетая сегодня в вязаную любимую кофту и длинную юбку, но и компания Дианы, расположившейся неподалеку от доски с объявлениями.

— Вот гады, еще и смеются после вчерашнего, — Вале я рассказала о том, что произошло после того, как я ушла танцевать с Никитой и играла в бутылочку. Конечно, не упомянула о том, что Чернов мелькнул в моих мыслях не в самом типичном его проявлении. Чаще всего я представляла его с открученной головой или как он извиняется передо мной за все свои грубые слова в мой адрес. Я тоже не милашка-очаровашка и многое высказала ему, но уж как минимум не указывала на его внешность. Будь он хоть в три раза больше меня, не ляпнула бы о том, что он похож на пороховую бочку.