Книга Нокаут, страница 39 – Элианна Рив

И вот парадокс: я всегда считал собственную внешность довольно рядовой, но каждый кадр Ульяны превращал меня в настоящую модель, чёрт возьми! Более того, на заставке телефона у меня теперь красуется не любимый байк, а моё собственное фото в полный рост, посреди тёмного леса. А знаете, какой кадр получился самым крутым? Когда Уля чуть отстала и запечатлела меня со спины – такая композиция выглядела настолько эффектно, что хотелось сделать ещё сотню похожих снимков!

Теперь я искренне горжусь тем, что столько лет потратил на занятия боксом и тхэквондо. Всё-таки иногда полезно посмотреть на себя глазами другого человека… Мы сняли кучу потрясающих роликов с моими тренировками, и знаете, что самое интересное? Ульяна вела съёмку незаметно, словно невидимая тень, бесшумная и в тоже время активная. Никакого давления, никаких указаний типа «давай сюда, улыбнись туда». Я делал своё дело, будучи естественным и свободным, а она ловила самые удачные моменты, создавая настоящие киношедевры.

Позже Ульяна поделилась секретом: фильтры и спецэффекты – это ерунда, важно лишь одно – оставаться собой. Именно этот простой принцип позволил создать такую уникальную атмосферу в наших видео. А вот в кафе и ресторанах всё было иначе. Там камера практически отдыхала, становясь частью интерьера. Если Ульяна и включала её, то делала это исключительно ради шутливого антуража, молча возвращалась ко мне, и мы продолжали наслаждаться общением и, слава богу, горячей едой.

Самым же поразительным открытием для меня оказалось то, что популярность совсем не портила Ульяну. Несколько раз, когда мы сидели вместе в кафешке или, например, в парке, к нам подходили разные люди, узнававшие в Ульяне известную блогершу. Она спокойно вставала с места, фотографировалась с ними и тепло обнимала каждого. Никаких звёздных замашек, никакого высокомерия – просто очаровательная и добрая Ульяна.

Вспоминая о девушке, прочно засевшей в моём сердце, я продолжал разминаться в зале, пока из раздевалки наконец не вышел Артём. Он взял боксёрскую лапу и занял центр ринга.

— Давай отработаем комбинации ударов, – сказал друг, и я начал выполнять его указания. – Прямой, кросс. Хук слева… Отлично, добавим ноги. – Я поправил перчатку и встал в позицию. Артём продолжал: – Из атаки в защиту и обратно. Молоток, теперь давай джеб – кросс – хук. Отлично. Очень хорошо.

Мы с Тёмычем провели три часа на ринге, оттачивая основные навыки: выносливость, скорость реакции, силу удара, точность попадания и тактическое мышление. Этому нас обучил Петрович на наших совместных с Тёмой тренировках. Да-да, тот самый мужик, что когда-то разнял нас, дерущихся у киоска, и привёл в зал, приучив в итоге к спорту.

Поздним вечером мы с Ульяной прогуливались по безлюдному парку. В её руках был букетик, собранный из разноцветных листьев. Где-то там, за высоким забором, отдалённо слышался скрип трамвая, мчавшегося по рельсам. Я взял девушку за руку и вдруг понял, как сильно хочу почувствовать вкус её нежных губ. Меня словно подталкивало что-то демоническое и зверское, ещё ни с кем такого я не испытывал – наваждение и страсть управляли мной. Я развернул Ульяну к себе и, глядя в её глубокие, добрые глаза, поправил капюшон на розовой куртке.

— Ты очень красивая! – тихо произнёс я.