Книга Любовь не предусмотрена, страница 81 – Виктория Рогозина

— Комиссия установила попытку подкупа со стороны представителей корпорации «Атлант». На основании внутренних расследований, а также в соответствии с пунктом 4.3 регламента, победителем тендера признана компания «Эрида», — с важным видом произнёс он.

Аплодисменты раздались не сразу. Несколько человек захлопали вяло, неуверенно, потом — громче, организованнее. Кто-то вскочил, кто-то отошёл в сторону, говоря по телефону. Радость мелькала у отдельных лиц, но не у Леры.

Она стояла, как будто за стеклом, и смотрела в пространство. Победа. Та самая, ради которой она терпела, сражалась, работала ночами. Победа, которую когда-то представляла сладкой, искрящейся, освобождающей.

Но сейчас внутри — ни трепета, ни ликования. Только ровная пустота.

Она медленно повернула голову и взглянула на Лекса, стоявшего рядом. Он, казалось, даже не слушал. Его взгляд был устремлён куда-то вглубь зала, а лицо — спокойное, чуть хмурое. Никакой улыбки, ни признака торжества. Словно исход тендера вообще не имел для него значения.

И в этот момент к ним резко приблизился Глеб Викторович. Его лицо побагровело, губы дрожали от ярости, голос прозвучал резким раскатом:

— Ну что, довольна?! — почти выкрикнул он.

Он уже не сдерживался. Посыпались обвинения:

— Ты нас предала. Ты с ним заодно. Ты снова подвела свою семью! Ты мошенница, Лера!

Глеб Викторович махал рукой, его лицо искажала смесь злобы и обиды, он почти трясся от напряжения. Но Лера только моргнула. Ни дрожи, ни слёз, ни возражений. Словно он говорил сквозь нее, мимо. Она устала. До такой степени, что даже боль не отзывалась. Однако рядом с ней медленно шагнул вперёд Шейдон Лекс.

— Я бы попросил, — холодно, тихо, но с пугающей чёткостью произнёс он.

Глеб Викторович осёкся.

— Мисс Гордеева — мой сотрудник. Все обвинения, ранее выдвинутые против неё, официально сняты. У вас нет ни морального, ни юридического права бросать в её сторону такие слова.

Голос Шейдона звучал спокойно, но под этим спокойствием таилась сталь. Он стоял между Лерой и её отцом, как невидимая преграда, как стена.

Глеб Викторович что-то ещё пробормотал, отступая на шаг. Но его пыл погас, наткнувшись на ледяной взгляд Шейдона. Он резко развернулся и пошёл прочь, сжав кулаки.

Лера всё это время стояла молча. Не поблагодарила. Не произнесла ни слова. Только мельком взглянула на Лекса — и её лицо снова стало закрытым.

Эта победа не принесла ни мира, ни света. Она просто... случилась.

Шейдон скользнул по Лере взглядом — она выглядела бледной, ссутулившейся, будто усталость лежала на плечах тяжёлым мокрым пледом.

— Мисс Гордеева, — негромко произнёс он, подойдя ближе, — вы выглядите вымотанной. Хотите — поезжайте домой, отдохните. Все формальности я улажу сам.

Он говорил почти мягко, в его голосе была небрежная забота, тщательно скрытая за привычной деловой интонацией.

Лера встретилась с ним взглядом на краткий миг, кивнула коротко:

— Спасибо. Было бы неплохо.

— Водитель отвезёт вас, — добавил Лекс, уже доставая телефон.

— Благодарю, — ровно ответила она. Сухо, по-деловому, так, как будто между ними не было ни турнирных выходных, ни ужинов, ни взгляда в полумраке кухни.

Она развернулась и спокойно вышла из зала, не оглядываясь. Сев в машину, Лера пристегнулась и сказала почти шепотом: