Книга Их жаркий ноябрь, страница 79 – Юлия Бузакина

— У меня в шкафчике, где же еще? — оскорблено всплеснула руками Наденька. Совсем, как ее мать.

— Ну, пойдем, покажешь.

Вышли в раздевалку, все вместе. Надя раскрыла свой шкафчик. Несколько принцесс из коллекции были сброшены в кучу.

— Это мои! — громко вскрикнула Ева, и сжала огромную ручищу Константина.

— Нет, мои! У тебя не может быть принцесс!

— А что у тебя в рюкзаке? — как можно спокойнее, спросил у девочки Костя. — Открой.

— Вы будете обыскивать моего ребенка?! — взвилась мать Нади. Слащавый блондин наконец тоже зашевелился и встал позади жены.

— Буду. Покажи, что у тебя в рюкзаке, — с вызовом взглянул на них Покровский.

Наденька выхватила из шкафчика рюкзак и неловко дернула замок. Изнутри посыпались такие же принцессы, как стояли в шкафчике.

— И кто из них вор? — зловеще повернулся к матери девочки и воспитательнице Константин.

— Наденька, как же это… ты ведь сказала, что твоих принцесс украла Ева… — стушевалась мать.

— Ева, быстро собери своих принцесс, — чувствуя, как колотится сердце от волнения, произнес Константин. — Мы уходим домой. Ноги нашей больше не будет в этом саду! А ты, — ткнул он пальцем в грудь блондину, — если еще хоть раз позволишь себе посмотреть на мою жену, закопаю в детской песочнице, что стоит на площадке! Никто не откопает, поверь.

— Да что вы себе позволяете! — вскрикнула мама Нади.

— А ты, курица, свою дочь сначала правильно воспитай! И, кстати, завтра я напишу жалобу в районо. За некорректное обращение с моим ребенком! Я этого так не оставлю!

Ева побежала собирать рюкзак. Константин понимал, что на самом деле похищает ребенка. Но удивительно — их никто не остановил. Видимо, все поверили, что он оскорбленный отец.

Быстро нахлобучил Еве на голову шапку с пушистым бубоном, на ходу застегнул ей дутое оранжевое пальтишко, помог надеть сапоги. Взял за руку, и они вышли во двор сада.

Шли молча. Под ногами скрипел подмерзший асфальт.

Охранник тоже ничего не заподозрил. Кивнул и открыл им калитку.

Вот и все. Свобода. Константин почувствовал, как по спине от напряжения стекла капелька пота.

Подхватил Еву на руки и быстро усадил на заднее сидение своей машины. Пристегнул обычным ремнем безопасности, без адаптера — детского кресла у него, отродясь, не было.

Дернул сцепление, нажал на газ, и машина сорвалась с места.

— К маме хочешь? — поймав настороженный взгляд голубых глаз в зеркале, улыбнулся.

— Хочу, — одними губами шепнула девочка и крепко сжала рюкзак.

— Тогда поехали.

— Бабушка сказала, что мама больше со мной жить не хочет. Что она уехала и оставила меня папе.

— Глупости какие! Мама знаешь, как переживает из-за того, что папа тебя увез? Кстати, как ты в садике оказалась?

— За папой приходили дядьки. Бабушка испугалась, и мы вернулись к ней домой. Ей надо на работу, вот она и отдала меня обратно в сад.

— А папа твой где?

— Я не знаю. Он говорил бабушке, что в Москву улетает, на выставку. А потом пришли те дядьки, которые к нам с мамой приходили. И бабушка сказала, что нам будет лучше у нее в квартире, чем в доме без охраны.

— Ладно… отвезу тебя к себе на работу, мама туда приедет. Знаешь, как она обрадуется?

— Бабушка сказала, что мама меня больше не любит. Что у нее есть любовник, а я не нужна.

— Прямо так и сказала? — опешил Константин.